Моментально выскакиваю из машины. Хватаю цветы. Держу их так крепко, что едва не ломаю стебли.
Мое сердце выбрасывается из груди.
И я срываюсь. Бегу через ограду, спотыкаюсь, несусь к той самой веранде, сломя голову. Сердце бешеное, ведет меня быстрее ног туда, где сейчас находится мое все.
Каждый шаг к ней отбивается ударом сердца. Я перелажу через забор. Иду дальше. Вижу ее, сидящую на террасе заднего двора. Копна кудрявых пышных волос теперь собрана в длинные косы. Кендалл сменила прическу… Я не вижу отчетливо, но ей очень идет. Это невозможно, но… она стала еще красивее.
Кендалл укрыта одеялом и, кажется, не собирается подниматься с кресла. Будто ее не звали. Будто ей все равно, кто приехал. Будто ей плевать на свой день рождения. Она смотрит вдаль и тихо отвечает: «Еще минуту».
Мои шаги становятся плавными, медленными. Я приближаюсь к ней, как в замедленной съемке. Боюсь нарушить ее покой. И именно сейчас в голову начинают лезть дурные мысли:
Не зря. Точно не зря, ведь от одного ее взгляда мое сердце делает кувырок в груди и замирает. Кендалл поворачивает голову. Я стою на другом конце веранды, как парализованный. Почти не дышу. Не моргаю. Не двигаюсь.
– Кендалл… – шепчу одними губами.
Не могу произнести вслух, но она должна понять. Уловить. Почувствовать. Раньше мы понимали друг друга без слов. Но в глазах Кендалл застывает страх. Ее руки падают ей на ноги. Я роняю букет цветов, потому что замечаю, что Кендалл сидит в инвалидном кресле.
Меня охватывает дикий ужас. Дар речи пропадает. Тело дрожит и млеет. Мне нужно за что-то ухватиться, чтобы не упасть.
– Ч-что… Что ты здесь делаешь? – в ее безумных зеленых глазах проступают слезы.
– Кендалл… Что с тобой? Почему ты… – ватные ноги ступают к ней ближе, но Кендалл вскрикивает, вцепившись двумя руками в плед на ногах.
– Кендалл… – я не могу унять дрожь в своем теле. Меня трясет. В глазах щиплет. Ее силуэт размывается, и я моргаю, чувствуя, как по щекам катятся слезы. – Что случилось? Почему ты в этом кресле?
– Не подходи ко мне! – она срывается на крик и начинает рыдать. – Я же просила тебя исчезнуть! Зачем ты появился снова?!
Она нажимает на кнопки на подлокотниках, пытаясь развернуть кресло, но колеса наезжают на длинные края пледа. Кендалл психует. Жмет сильнее. Плачет навзрыд и дергает кресло.
– Уйди! Уйди отсюда! Прошу тебя. Уйди.
