Автор
В сети идут опасные мелки. В кабинете главы компании таит подслушивающее устройство, а в офисе каждый шорох может быть сигналом. Сквозь звуки шагов и скрип каблуков просачивается секретная информация, утекшая из системы безопасности. Чем больше времени проходит без раскрытия этой слежки, тем опаснее становится обстановка....
Папа ошибся: я не всегда горю работой — иногда выезжаю чисто на профессионализме.
— Надо было мне заранее обозначить, что я захочу провести с тобой время, — продолжает Юрий, озадачено почесав макушку. — Может, тогда я подкинул бы тебя до города? Насколько я понял, ты без машины?
— Я без машины, но это ничего не меняет, — заявляю об отказе гораздо твёрже.
Попрощавшись со всеми гостями, я выхожу в прихожую — и чувствую, как голоса за столом стихают, а мать Юры облегчённо выдыхает.
Придерживаясь за стену и обувая лаковые туфли, я бросаю на себя беглый взгляд в зеркало — и замечаю сестру.
— Это уже второе свидание с ним? — попадает в цель своим вопросом.
— Об этом не обязательно трубить на весь дом.
— Даже не собиралась, — фыркает Ира. — Нехило тебя накрыло, Оль. Ты выглядишь так, будто готова убежать к нему босиком. Я даже немного завидую...
Не вникая в подробности и чмокнув сестру в щёку, я вылетаю на крыльцо, запахивая на ходу куртку.
Брак Иры с Григорием был инициирован родителями.
Я забираюсь в такси, поправляя растрёпанные ветром волосы. Гостиница, где мы встретимся с Лексом, — та же. Я выбирала её наугад, из тех, что не на слуху. Главный критерий — чтобы вероятность пересечься с кем-то из знакомых стремилась к нулю.
Дорога пролетает быстро, и мой внутренний таймер тикает всё громче. Не как будильник. Как бомба замедленного действия.
Расплатившись с водителем, я поднимаюсь по ступеням — с громко колотящимся сердцем, которое не перекрывает даже цокот каблуков.
Я уже проходила всё это. Просторный холл с тёплым светом, мраморным полом и глянцевыми стенами. Вытянутые скульптуры из тёмного металла — у колонн, и высокие фикусы в чёрных кашпо — у окон.
Когда мой взгляд цепляется за Лекса, облокотившегося на стойку, в грудную клетку будто заряжают мячом — неожиданно-точно, до сбитого дыхания.
Не зная, куда себя деть, я замираю в проходе, пропуская мимо постояльцев с ключами и чемоданами.
Сегодня мой аноним вовремя, но в его движениях слишком много спешки. Он без костюма — в белой футболке, натянутой на бицепсах, и тёмных джинсах, плотно сидящих на бёдрах.
