Автор
В тихом городке у моря жители прячутся от проблем в своей обычной жизни. Поезд останавливается здесь всего пару минут, но это время кажется вечным для тех, кто спешит или растерянно оглядывается на новые вызовы. Асфальт и трава словно смотрят сквозь вас, напоминая об ушедшем прошлом и том, что ждет впереди....
Иван пригласил Катю в кино. Она согласилась, но сказала, что надо позвонить родителям. У метро в ряд стояли автоматы. Они бегали от одного к другому, но ни один не работал. Кое-как дозвонились, и Иван слышал, как она торопливо объясняла, даже оправдывалась, что идет с подругой в кино.
– Да, сразу после кино домой, – грустно повторила за кем-то она.
Иван понял, что вечерняя прогулка не состоится, и в кино ему расхотелось.
– А давай просто погуляем, – предложил он.
– А как же кино? Ты говорил, что отличный фильм, – растерялась Катя, видимо, не привыкшая врать.
– Кино от нас не убежит, – убежденно ответил он. – Ну сходим завтра! Кто нам мешает?
При словах «сходим завтра» она окончательно смутилась и густо покраснела, поняв, что расставаться с ней он не собирается.
Молча кивнула. Вернулись в те же «Сокольники». В глубине аллей было тенисто и прохладно. Иван рассказывал ей про вступительные, Катя слушала молча. На его вопрос, а что ты, тихо ответила, что учится в медучилище на акушерку.
Он удивился:
– А институт? Не потянула?
Она снова покраснела и отвела глаза.
– А я и не пробовала. Я хотела в медучилище. А там посмотрим, – загадочно добавила она.
Про своих Иван сказал коротко, скупо: недавно похоронил деда, отец в гарнизоне, мать в другом городе. Да, разошлись.
– Так ты совсем один? – Катя удивленно распахнула глаза, в которых стоял не только испуг, но и жалость.
– Один, – как можно бодрее ответил он, – так уж сложилось.
Она осторожно взяла его за руку.
Он проводил ее до дому – жила она на Башиловской, в старом хорошем доме, окнами в зеленый двор. Долго стояли у подъезда, и он видел, что она нервничает и тревожно поглядывает на окна.
Наконец распрощались и договорились созвониться. Через день ему предстояло начать новую жизнь в институте, а ей – отправляться в училище.
Засыпая перед рассветом, Иван чувствовал себя самым счастливым на свете. Ему снова было страшно неловко – с дедовых похорон не прошло и четырех месяцев, а он так неприлично, так отчаянно счастлив. Но отказаться от счастья он бы не смог никогда.
