Я лбом задела окаменевший ствол. Даже если бы меня нашли другие, я больше не могла бы убежать. Страха больше нет сил воспринять, а борьба и надежды — пустые. Закрыла глаза, даже не думая вытереть слёзы: что это сделает?
Сейчас он бессильно повесил голову, раскачиваясь из стороны в сторону, словно на ветру, скуля, как ничтожная шавка. А вокруг голодная Тьма, готовая разорвать его в клочья.
Крепко держась за руку Аедана, я шаг за шагом приближаюсь к своему бывшему истязателю. Жалкому. Поверженному. И он, словно чувствует моё присутствие. Вскидывает голову, впиваясь взглядом в моё лицо. Улыбается ядовито разбитыми в кровавое месиво губами.
— Ми-и-ина, неужели ты пришла?
— Да, я пришла, Танраггос, — произношу ровно. И даже дрожью голоса не выдаю, как тяжело мне даже просто находиться рядом с ним, просто дышать с этой тварью одним воздухом.
— И зачем же? Может, хочешь покаяться и попросить прощения за то, что предала своего мужа? Что позволила меня унизить… — щерится злобно. — Твой рогатый любовник знает, какая ты вероломная г…
Чернильная тьма толстой удавкой затягивается на его горле, заставляя проглотить последнее слово. Заставляет с хрипом заткнуться, в немом ужасе выпучив глаза на Аедана.
— Закрой пасть и слушай, тварь! — рычит мой демон, стягивая удавку.
Теперь поверженный безумец даже пошевелиться не может, скованный тьмой. Только смотреть и слушать. И у меня есть что ему сказать.
— Нет, просить прощения я не буду, Танраггос, — вскидываю подбородок. — Я пришла сказать тебе, что ты проиграл. Тебе не удалось меня сломить. Я свободна и больше не боюсь тебя. Я даже научилась не бояться других мужчин. И знаешь? Я люблю Аедана Рагра, — признаюсь я с преогромнейшим удовольствием. И вижу как дёргается в бессильной ярости Танраггос, что-то неразборчиво мыча.
Победно усмехнувшись, отворачиваюсь от него, и шагаю обратно к Аедану. И только теперь понимаю, что всё это он тоже слышал. И теперь смотрит на меня так, что даже мурашки по коже бегут. Странно смотрит. Пугающе. И волнующе.
— Всё сказала, что хотела? — вскидывает бровь.
— Да, — киваю осторожно.
— Уведите это.
