Я лбом задела окаменевший ствол. Даже если бы меня нашли другие, я больше не могла бы убежать. Страха больше нет сил воспринять, а борьба и надежды — пустые. Закрыла глаза, даже не думая вытереть слёзы: что это сделает?
— Давай уберем корзину, если ты уже поела, — решаю я перевести разговор в другое русло. — И ты мне обещала рассказать, как так получилось, что кортежем командует принц демонов, а не твой отец.
— Ой, ты себе не представляешь, что утром было, — с радостью хватается за эту тему Тори.
И принимается в красках мне живописать, как заявился во дворец принц Адлар и, потрясая грамотами с печатями короля Аедана, заявил, что уполномочен своим братом сопроводить его невесту в Вардэн в целости и сохранности. Поскольку до того дошёл слух, что дороги Аделхея не безопасны.
Представить, как взъярился Танраггос на это заявление, мне не составляет никакого труда. И я уверена, что не желай он так этого брачного союза, наверняка бы не стерпел такого оскорбления. Но сам себе связал руки, при всех вчера заявив, что подпишет брачный контракт только при личной встрече с Аеданом. Теперь и диктовать ничего не может, опасаясь, что демон и вовсе откажется, либо условия пересмотрит на менее выгодные.
Вот и пришлось Танраггосу, скрипя зубами, уступить неожиданно свалившемуся на голову принцу Раграста бразды управления кортежем.
К тому моменту, как Тори заканчивает свой рассказ, дормеза уже давно мерно покачивается, двигаясь вперёд.
— Ты знаешь, Адлар очень похож на тот портрет Аедана, который мне привезли его послы, — задумчиво улыбается Тори, тщательно протирая руки увлажнённым розовой водой платком. — Такой суровый.
— Не заметила, — пожимаю безразлично плечами. Это до совершеннолетия я засматривалась на мужчин, мечтая о красивом муже.
— Из-за повязки, да? — вскидывает она на меня глаза.
— Может быть, — увиливаю от ответа. Не желая говорить, что после того, как этот Адлар меня внезапно схватил за плечо, от страха я вообще мало что видела.
— Мина, а ты, правда, решила больше никогда не быть с мужчиной? — выбивает из меня дух внезапным вопросом Тори.
— Почему ты спрашиваешь? — подозрительно интересуюсь я.
— Да так. Просто подумала, что сильный и благородный мужчина был бы для тебя хорошей защитой. Ты ведь свободна теперь и могла бы выйти замуж, за кого пожелаешь.
— А от него меня, кто защищать будет? — сама не замечаю, как мой голос становится злым и резким.
В ответ Тори лишь расстроенно вздыхает. И я начинаю чувствовать себя виноватой, что сорвалась на ней.
— Прости. Я не хотела так с тобой говорить. Просто… нет. Я этого не хочу.
