В мире чванливых титанов любви, где каждая девушка считается бездарной, ты будешь выбирать невесту в срочном порядке. Отец не верит в успех кандидаток и требует готовности к браку, но ты предпочитаешь держаться подальше от этого рискованного аферы.
— Доброе утро, — писклявым голосом ответила девушка и краем глаза увидела, как у обоих помощников синхронно взлетели вверх брови и немного отвисли челюсти.
— Назовите Ваше имя, — немедленно отозвался Ренуар Осолен.
— Графиня Габриэлла Итэлия Амеди, — послушно ответила Габи.
Правый и Левый еще раз переглянулись, и теперь уже Лерон Сабоссини задал вопрос:
— Что с Вашим голосом, миледи? Вы простыли?
— Нет, я здорова, — пропищала Габи и отметила, как скривился Ладис.
— Гм… Ну, ладно, голос Ее Светлости нас не особенно волнует, — вмешался Верховный. — Скажите, милое дитя, какими стихиями Вы владеете хорошо, какими — чуть-чуть?
— У… у меня пробуждены Огонь, Вода и Воздух, — запинаясь, ответила девушка. — Но я не уверена, что умею ими хорошо владеть.
— Как такое может быть? — удивился Дайриш. — Когда пробудилась первая стихия и когда — третья?
— Первая — в шестнадцать лет, третья — в восемнадцать.
"— Вы были настолько ленивой ученицей или у Вас были плохие учителя? — продолжил допрос Верховный.
— У меня не было учителей, — возмущенно пропищала Габи.
— Как??? — поразился маг. Но… у Вас же опекун, я ничего не путаю?
— Да, мой опекун — мой дядя барон Фреджинальд Оренси. Он считал, что девушке непристойно учиться ничему другому, кроме рукоделия и когда начали пробуждаться стихии, решил не приглашать учителей.
— Ах, Оренси! Что ж, лично поговорю с ним. Читать-то и считать Вас научили?
— Я умею читать и считать, — вспыхнула от возмущения Габи, но потом вспомнила о своей роли и добавила. — Но дядя прав — зачем девушке учиться, если ее удел выйти замуж?
— Ладно, оставим этот разговор на следующий раз. Угодно Вам пройти проверку своих магических способностей?
— Да.
— Хорошо. Лерон, подойдите, пожалуйста, и оцените потенциал стихии Воздуха у графини.
Габриэлла еле сдержалась, чтобы не фыркнуть — она вовсе не боится! Важно, что Ладис ее не узнал, она ради этого и старалась, а проверка ее не пугает.
Но почему-то обидно, что секретарь отвернулся и смотрит на стену шатра, а не на нее.
