Вальс до востребования трансформирует пространство и время в чудесный сияющий звук, где эмоции переливаются как музыка. Материальный мир уступает место острому ощущению жизни – ясности мышления и взрывной мощи чувств.
– Да ладно! – подивился ее старший сын, уставившись обалдевшим взглядом на мать. И вдруг расплылся в улыбке: – То есть у меня скоро появится еще один братик или сестричка?
– Обязательно, – пообещала ему мать.
– Круто! – Он обнял ее и прижал к себе.
Постояли в этих своих объятиях, помолчав, обменявшись любовью.
– И я хочу! – потребовал забежавший в комнату Кирюшка и ломанулся к маме с братом. – Тоже обниматься!
Рассмеялись, обняли и его.
На каком-то невероятно радостном подъеме ближе к вечеру встретили Деда Мороза, в роли которого сегодня выступал Павел, преподаватель студии Марианны.
И вот торжественный стол накрыт, поражая изысканностью сервировки, великолепием многочисленных блюд, блеском хрусталя, фарфора и серебра, а время подходит к десяти вечера.
И тут раздался звонок от калитки.
– Мы кого-то ждем? – спросил Максим."
"– Нет, – покрутила головой Марианна. – Но, может, соседи заглянули.
За месяц постоянного проживания в поселке родители наладили дружеский контакт с несколькими соседями, не так чтобы прямо тесный, но вполне себе крепкий.
– Пойду открою, – вызвался Максим.
Виктор Игоревич все-таки открыл шампанское, разлил по бокалам, Кирюха предпринял очередную попытку выклянчить хоть один подарочек из тех, которые не вручил Дед Мороз, а спрятали под елкой, прямо сейчас, до наступления Нового года, упирая на то, что детям вредно отказывать, они могут сильно расстроиться.
– Там пришел человек, – сказал он немного растерянно, – утверждающий, что он ваш друг.
И отступил в сторону, пропуская вперед того самого человека.
Немая сцена. Елена Александровна с наполовину наполненным бокалом в руке, Виктор Игоревич с наклоненной бутылкой, Кирюха с половинкой очищенной мандаринки и Марианна с бокалом минеральной воды застыли изваяниями с одинаково удивленными выражениями лиц.
