Вампирский роман Клары Остерман — читать онлайн бесплатно полностью

В гуле и грохоте, в полумраке и толпе я – окровавленная, растрёпанная – долго оставалась незамеченной. А когда мы с Тео запрыгнули на верхние ступени вагона, и проводник захлопнул дверь, поезд уже тронулся, и обратно нас бы никто не выгнал.

– Ох, Создатель! – воскликнул проводник, наконец разглядев меня. – Господица, что случилось? Вы ранены?..

– Поцарапала… щёку, – я поспешно прикрыла лицо ладонью, будто прижимая рану.

– Я поищу доктора в поезде…

– Не надо, – перебила я. – Мой муж и сам доктор.

– Муж? – переспросил проводник, и тут уже Тео протянул ему билеты.

– Доктор Карнштейн, – представился он. – Я помогу своей супруге, нам только нужно уединиться в купе как можно скорее.

Когда мы, наконец, остались одни, я рассказала ему всё. И тогда, вспоминая случившееся, отмывая кровь принесённой проводником тёплой водой, увидев, как вода и марля окрашиваются в красный, я разрыдалась. Потому что там, в фарадальском лагере я соврала. Я не хочу это помнить. Я не готова осознавать и признавать, что это я, Клара Остерман, пью кровь других людей. Что я убиваю. Я, Клара, просто Клара. Я не могу, не хочу, отказываюсь становиться этим… существом.

– Ох, Тео, – плакала я, – будет лучше, если ты всё же заставишь меня забыть. Я не справляюсь. Посмотри, что я опять натворила?!

И пока я, утирая слёзы, тряслась, Тео молчал. Я все ждала, ждала, что он меня обнимет, прижмёт к груди и утешит. И рыдания мои становили только громче и сильнее, но он неподвижно сидел напротив и ничего не говорил.

Не знаю, чего я добивалась от него. Может, просто жалости? Сочувствия? Тепла? Поддержки?

Тео долго молчал, прожигая меня взглядом. Не замечала прежде, насколько у него надменное выражение лица. Он обдал меня таким холодом, точно сугроб на голову вывалил. Холод забрался за ворот, пробежал вдоль позвоночника. Он был липкий, как змей, мерзкий, он скрутился у меня на горбу, заставляя наклониться ниже. И я сидела, разглядывая свои вычищенные, выбеленные ногти. Никогда прежде у меня не было таких вымытых ногтей и вычищенных зубов. Я едва не слопала кусок мыла и пуд порошка, пытаясь избавиться от привкуса крови. Но он уже никуда не уйдёт, не так ли?

А Тео молчал, давяще и долго, наказывая меня своим презрением, виня в том, в чём я и без того себя винила. В том, за что и без того не получится себя простить.

И это молчание ощущалось хуже оплеухи, страшнее самых последних оскорблений. Если бы он закричал, если бы обвинил меня во всём, что пусть и сам натворил вместе со мной, я бы приняла это. Может, накричала на него тоже или скорее расплакалась, как дурочка, как трусиха, как подлая лживая убийца. Но всё это было лучше, чем кара, которую выбрал для меня Теодор.

Он не говорил. Точно так же, как отец, когда он оставался недоволен моим поведением.