Или, скорее, она сама отпустила его. Чернота утратила абсолютную глубину. Звезды потускнели…
Духарев снова окунулся в знакомые звуки: хрупанье травы, перемалываемой лошадиными зубами, писк пойманной мыши, дыхание спящих друзей…
Серега ощутил укол вины. Ему следовало нести стражу, а не нырять в звездный океан.
Но ощущение тут же ушло, когда Духарев шевельнул плечами и даже удивился, каким легким, отдохнувшим стало тело. Словно не было двухнедельной гонки, схваток, изматывающего беспокойства… Нескольких часов сна явно не хватило бы на подобное восстановление сил. Сначала – бодрость после многочасовой скачки. Теперь – абсолютная бодрость после трех часов сна. Будто таблетку фенамина заглотил. С чего бы такое?
Размышляя над этим, Духарев чисто механически наклонился, прижал ухо к земле…
И в следующий миг ему стало не до самокопания.
Под мокрой от росы травой, в твердом теле земли ощущалась знакомая грозная дрожь. Погоня!
– Подъем, – негромко произнес Духарев, и Устах с Машегом, которым не помешал заснуть даже оглушительный скрежет цикад, тут же проснулись от тихого голоса Сергея.
– Они идут, – поделился новостью Духарев.
Устах кивнул, окунул лицо в траву и растер ладонями влагу: умылся.
А Машег тотчас приник к земле…
– По тракту идут, – сообщил он с явным беспокойством.
И положил руку на плечо спящей нурманки.
Женщина проснулась, потерла кулачками глаза, встала, отошла в сторонку…
Устах с хаканьем вскидывал на спины коней тяжелые сумы. Духарев предложил ему кусок зачерствевшего пирога, но синеусый варяг мотнул головой: успеется.
Элда треснула своего коня в брюхо, затянула подпругу, но Машег тут же вмешался, отпустил ремень на пару дырочек, пояснил:
– Ему тоже дышать надо.
Нурманка спорить не стала, забросила седло на заводного…
Тьма таяла. Где-то на востоке, еще далеко, уже поднимался к горизонту алый шар солнца. Подгоняя его, залилась трелью птица.
Духарев обулся, подумав, натянул и кольчугу, вынул из кожаного чехла панцырь, приспособил поверх седельной сумы, чтобы в случае чего надеть побыстрей.
Машег в последний раз припал к земле, поцокал языком: близко.
– Марш, – негромко скомандовал Духарев, и они тронулись. Первыми – Машег и Элда. За ними – Сергей. За Сергеем – вереница вьючных. Устах – замыкающим.
Спустя полчаса, когда дорога начала мягко изгибаться вокруг пологого холма, за спинами варягов вынырнул из-за края земли красный край солнца. Почти сразу же они увидели, как движется по желто-зеленому морю редкая цепочка всадников. Движется им навстречу!
И тут же сзади раздался предупреждающий крик Устаха.
Сергей оглянулся и увидел точно такую же цепочку позади. И справа.
Духарев выругался.