Варяг. Мечи франков — это драматический увлекательный рассказ о путешествии русского кузнеца в земли северных германцев, где он становится носителем секретного знания и сражается за свою жизнь. В атмосфере таинственного моря, ярких боевых сцен и тонкого психологического разбора между русскими варягами и христианскими жителями франков, читатель окунется в мир далекой эпохи....
Он даже не исключал, что громадина-конунг уже обо всем договорился с Бургундским, а это обсуждение, оно так, чтобы народ не подумал, что лидер не уважает его, народа, мнение.
Нет, все же удивительно, что в этой огромной башке, больше похожей на волосатый ледниковый валун, спрятан такой изощренный ум.
Сергей ждал герцога Ричарда Бургундского со свитой, но они пришли все, все благородные франкские лидеры. Все четверо: король, герцог и пара графов, которые мало чем уступали и герцогу, и королю.
Пешеход возвышался над французами, как верблюд над охотничьими лошадками. Огромный, косматый, со следами старой крови на рукавах рубахи. А вот кольчуга его блестела, отдраенная, наново смазанная и чертовски дорогая даже на вид. Воин, что тут скажешь.
А сказал он то, что воину и положено сказать в подобном случае.
— Боятся меня, — бросил Хрольв Стевниру по-нурмански. — И правильно.
Сергей не сказал бы, что французы боялись.
Собственно, он сам тоже опасался. Такие встречи — всегда риск. Вырезать разом все командование противника — такое искушение. Вот почему всегда очень тщательно согласуется и численность охраны, и место встречи.
В данном случае кое-какие договоренности были нарушены. Например, расширившимся составом французской «делегации». Но по тому, как держались французские лидеры, Сергей понял: резать северян они не планируют. Все спешились, даже Карл.
Пока Сергей прикидывал варианты взаимной резни, противоборствующие стороны обменялись приветствиями.
Затем король Карл, как формальный глава французов, произнес короткую речь. Суть ее свелась к тому, что Хрольву и прочим викингам — кирдык. Говорил король не на французском диалекте, а на том варианте языка франков, который понимали на всей территории бывшей империи Карла Великого, а также по ту сторону пролива и на большей части Скандинавии. Потому поняли его все. Но не все согласились.
