Варяг. Мечи франков — это драматический увлекательный рассказ о путешествии русского кузнеца в земли северных германцев, где он становится носителем секретного знания и сражается за свою жизнь. В атмосфере таинственного моря, ярких боевых сцен и тонкого психологического разбора между русскими варягами и христианскими жителями франков, читатель окунется в мир далекой эпохи....
Пока стрела летит, косуля успевает прыгнуть. Или не успевает.
— Какое богатство! — с восхищением проговорил Траин, разглядывая стволы.
Вот что значит внук и сын ярла. Сразу в корень смотрит. Вернее, в киль.
Сергей же просто любовался. Дубы, сосны… Ясень наверняка тоже есть. Все то, без чего не создать тело морского дракона. В каждом — не одна сотня таких вот дубовых стволов.
Машега корабельная древесина не интересовала. Он разглядывал следы у ручья и морщился. Вероятно, ничего интересного. И не удивительно.
— Никого? — спросил Сергей.
— Ну. Только люди. Трое. В сапогах. Недавно. По ручью шли.
Найдись такие следы где-нибудь около Белозера, Сергей бы насторожился. Сапоги — значит, не простые землепашцы. А если не простые идут по ручью, то, скорее всего, следы прячут. Но на Сёлунде народ богатый. Тут в лаптях-поршнях не ходят. А что по ручью, так, может, ноги остудить хотят.
Один отпечаток явно меньше других.
— Или цверг! — внес свой вклад подошедший Траин. — Хотя нет, не цверг. У них руки-ноги большие должны быть. Не то в кузне работать неудобно.
Логично. Если принять за факт само существование гномов.
— А это у нас что? — Машег палочкой выковырял из щели между камнями, что немного выше по течению, кусок материи, заскорузлой от крови. И не вся она была старой. Была и свежая. Часа два прошло, не больше.
— Кому-то досталось, — констатировал хузарин.
— Вверх по ручью ушли, — сказал Траин. — Догоним?
— Нет, — отрезал Сергей.
Не их это дело. Пусть о здешнем криминальном элементе, если это злодеи, здешний же конунг беспокоится. Они нынче не на двуногих, а на четвероногих охотятся.
А вот воду во фляге поменять не помешает.
Что Сергей и сделал.
С четвероногими было сложно. С копытными. Так-то следов хватало. Даже волчьи обнаружились.
— Матерый, — отметил Траин. — Что-то нес. Логово где-то рядом.
Но искать логово не стали.
Удача улыбнулась примерно через полчаса. Траин углядел след раздвоенного копытца. Совсем свежий.
Машег повеселел:
— Я уж думал: птицу бить придется. Как мальчишкам.
Он же первым и заметил косулю. И получил право первого выстрела. Его же и последнего.
Молодой самец прыгнуть не успел. Умер мгновенно.
— Надо кровь слить и выпотрошить, — деловито проговорил Машег.
— Твоя добыча, ты и потроши. А я жердь вырублю. — Траин был недоволен.
