Аль-Салах облетел вокруг ворот и остатков привратной башни, потом ещё раз, и в третий – тоже. Песок вздыбился вокруг него. А потом из облака песка и чего-то там ещё вдруг – раз! – и соткалась новая высокая башня с крепкими воротами.
Всё же, я не поверила. Мало ли – иллюзия. Подошла, потрогала. Камень, тёплый. Если это и обман чувств, то всех разом.
Все, кто был в тот момент во дворе, тоже прибежали, стояли, смотрели, а самые смелые ещё и трогали. А я тихонько подошла к Самоцвету.
- Как ты думаешь, это настоящее?
- Очень похоже. Ещё бы простояло долго, а не до первого штурма. Впрочем, это лучше, чем ничего.
- Вот и я так думаю. Благодарю тебя, Аль-Салах, я не верила, а ты и впрямь велик!
- Что продолжаем? – нахмурился дух.
- Передохнуть-то дай! Хотя бы до вечера!
Я бы, наверное, и не стала спорить и возражать. Но сначала прибежал мальчишка Мариус и поставил к моим ногам корзину, в которой под крышкой возились и пищали мыши – в неплохом количестве. Я не успела поблагодарить его, как сверху спикировала и обратилась в человека Ласточка.
- Сестрица Феникс, на нас идут враги!
Почему, скажите, почему в этом прекрасном мире все так хорошо умеют держать интригу и вступать ровно в тот момент, когда и без них достаточно весело? Однако, я не стала даже озвучивать этот вопрос, ибо зачем?
- Что за враги, сколько их и как далеко они от нас?
Ласточка вдохнула, выдохнула и принялась докладывать.
Врагов, по её словам, было сотни три. Ничего так, нам хватит. Враги тянулись по дороге с юго-востока, что соответствовало моим представлениям о местонахождении Сирры Подгорной. И дойти до нашей новой башни они должны были уже сегодня после обеда.
И было там что-то ещё, о чём Ласточка не стала говорить громко. Смотрела в землю, вздыхала. Я глянула на Самоцвета – мол, знаешь, что делать? Вперёд. Будешь героем обороны башни. И потом взяла её за руку и отвела в сторонку, чтобы не мешать людям командовать, бежать, тащить и делать ещё что-то, такое важное и нужное сейчас.
- О чём ты не стала говорить при всех?
- Прости, я… я просто подумала. Они идут с той стороны, где наш дом. Я не знаю, есть ли там сейчас кто-то из братьев, или только матушка.
- Постой, а как далеко до твоего дома? Я, может, и знала раньше, но сейчас не помню.
- Ты никогда не бывала у нас, - покачала она головой. – До отцовского поместья полчаса, если хорошей рысью.
- Стены, башни? Маги, в конце концов? С кем можно было бы связаться?
У неё на лице было написано всё – как она не желает раскрывать своё местонахождение, но понимает, что придётся. Потому что кто ещё сможет связаться с её родными?
- А тот младший брат, который рассказал тебе, что здесь неладно?
- Арнульфо? Он бы не стал задавать вопросы, да, но он младший и ничего не решает. И ему не поверят.