Особой нужды в том не было, но видеть его довольную рожу я больше не могла, противно было. А когда возвратилась… – Флосси тяжело вздохнула и перекрестилась. – Киттон был мертв. Убили его, вот какое дело.
– Примите мои соболезнования."
"– Он сам навлек на себя беду! Молол языком о том, о чем лучше бы помолчать! Я и сама виновата перед Трэвисом… но уж больно мне страшно было, что явятся его дружки и порешат нас, чтобы мы не сболтнули лишнего. Он ведь прятался от кого-то весь этот год, сосед-то наш. И место такое тихое выбрал неспроста. Полицейские сказали, что его ограбили… Не верю я им. Деньги-то у него, может, и взяли, но убили его не из-за них. Грабитель огрел бы Трэвиса по затылку, а не всадил бы нож ему в печень. Я вам это все рассказываю, потому что вы, я вижу, принимаете участие в Иви. Уж не знаю, где теперь ее найти. Если увидите ее, то скажите, что Флосси не сердится из-за Голубки, нисколечко не сердится.
* * *Поездка в Росдейл принесла даже больше, чем ожидала миссис Норидж. Она полагала, что узнала почти все.
Год назад банда Пита Ларкинза убила старого ювелира и ограбила его. Планы пришлось менять на ходу, и Ларкинз вынужден был оставить драгоценности у кого-то, кому он доверял.
«Как был связан с бандой тихий Трэвис Берч?» – спрашивала себя миссис Норидж. – Мастер на все руки мог делать инструменты для взломщиков… Несомненно, если разузнать, где Трэвис жил прежде, окажется, что именно этим путем и удирал Ларкинз. Быть может, он и не собирался использовать мастера как хранителя, но выбора у него не оставалось».
Итак, Ларкинз бросает мешок у него и бежит, отвлекая полицию. Он намерен вскоре забрать драгоценности, сам или с помощью своих приспешников. «Но вы, мистер Берч, не оправдали их надежд!» Должно быть, уже на следующее утро дом Трэвиса опустел: мастер растворился бесследно.
Однако вместо того, чтобы покинуть Англию, Трэвис выбрал неожиданное место для нового укрытия. На первый взгляд оно могло показаться нелепым, но, подумав, миссис Норидж решила, что замысел Трэвиса был не так уж плох. Те, кто разыскивал его по всей стране, не могли догадаться, что вор укроется у них под носом. Словно мышонок, перебравшийся мимо оголодавшего кота в соседнюю норку, мастер всего лишь сменил район; это позволило прожить ему спокойно целый год.
Трэвис и дальше мог бы прятаться от Ларкинза, если бы сидел тихо. Его погубило честолюбие. Желание показать плоды своего труда оказалось сильнее страха за жизнь. Должно быть, Трэвис понадеялся, что никому и в голову не придет искать его на ярмарке. Что ж, он просчитался. Ларкинз оказался умнее, чем думал мастер: он отправил на поиски своего цепного пса, и пес отыскал жертву.
Ирландец был жесток и вспыльчив: он смертельно ранил того, кого должен был схватить и привезти живым.