Автор
Вера уныло ковыряла овсянку, в то время как пятилетний сын ждал праздника. Сердце Веры сжалось от неожиданной тревоги и решимости. Она поднялась, взяв сына за руку, и вместе они отправились на кухню, где начинался новый год в таинственной атмосфере праздника и надежды.
– Максим Викторович, кажется, ночник волшебный!
– Что ж, я рад, что ночник нашел новый дом.
В его серых глазах мелькнула печаль.
– А давайте за стол? – желая сменить болезненную тему, позвала я. – Бутерброды готовы! И пирожки давно разогрелись.
– Мама их сама пекла. Для меня! – забираясь на стул, гордо сообщил Ярик.
Я поставила перед ними белоснежные чашки и сняла с плиты чайник.
– Ваш чай, босс! – протянула Калинину чайный пакетик.
Он рассмеялся.
– Вы неподражаемы, Вера!
– Я же не виновата, что в кофейне из торгового центра работают сплошные юмористы!
Улыбнувшись, я устроилась напротив него и положила в свою чашку пакетик черного чая.
Странно, он был у меня в гостях впервые, но мне не было неловко от того, что вокруг беспорядок, а в правом углу лежат не доклеенные обои. Калинин распространял вокруг себя какую-то позитивную волну обаяния, и это заглушало все остальное. А от того, что у нас с ним была совсем небольшая разница в возрасте, я впервые в жизни не чувствовала себя рядом с мужчиной маленькой и глупой девочкой.
– Наверное, сложно не чувствовать вкуса? – с сочувствием взглянула на Калинина я.
– Если учитывать тот факт, что еще полгода назад я слыл гурманом, до, да. Сложно. Меня как будто лишили самого важного удовольствия в жизни.
– И что, вкус никак нельзя вернуть?
– Никто не знает. Доктора разводят руками.
– Будем верить, что все вернется.
Он вздохнул.
– Когда вы так говорите, мне тоже хочется в это верить.
– Вы скучаете по ней? – сорвалось у меня.
Он покачал головой.
– Не просто скучаю. После ее отъезда в Германию вся моя жизнь раскололась на до и после…
– Как жаль.
Мы немного помолчали.
– Макс, а у тебя дома есть елка? – вдруг спросил Ярик.
– Нет. У меня дома есть только медведь, – покачал головой Калинин.
– Настоящий?!
– Ну, почти.
– И у нас нет елки. Мама говорит, что елку можно будет принести только после того, как мы поклеим обои.
– Сегодня мы задержались. Там клеить-то всего пять полос осталось. Завтра после работы обязательно доклею, – пообещала я.
– Точно? – сморщил носик Ярик.
– Точно.
Мы допили чай, и Калинин начал собираться. У входной двери он обернулся.
– Спасибо за чай, Вера.
– И вам спасибо, – улыбнулась я.
– Увидимся завтра? – он, будто невзначай, коснулся моей руки, и по коже полетел ворох восхитительных мурашек.
