Случилось недавно. Менее получаса назад. Наш объект жив. Пулевые ранения. Три или четыре. Очень тяжелые. Может умереть в любой момент…
— Адрес, Наташ. Хотя бы улица, приметы дома, — произнес я, при этом стараясь не мешать ей своим ментальным фоном.
— Улица… Мэйпл-стрит… сорок пять или сорок семь… — после минутной задержки прошептала она. — Дома примыкают друг к другу, сложно разобрать.
— Все, благодарю! — я вскочил и побежал за Элизабет. — Элиз! Элиз, знаешь, где Мэйпл-стрит?
— Нет! — Стрельцова тут же выскочила мне навстречу.
— Ладно, неважно. Майкл там! Едем! — я поспешил к лестнице.
— Я с вами! — вызвался Бабский, сбегая следом за мной. — Помогу остановить эрмик.
Я хотел ему возразить. Вот не нужен был мне там Бабский, совсем не нужен! Бондареву бы взял, но этого шутника!.. И одного оставлять его рискованно.
— Умею, останавливать, если срочно надо! — надавил на меня Алексей.
— Ладно, показывай свои таланты.
Последней на улицу выбежала Бондарева, рассудив, что ее помощь может потребоваться.
Стояли на углу Кэмброк-роуд мы недолго. Не знаю, чья заслуга в этом больше: ментального влияния Наташи, Бабского или все же Элизабет, но скоро возле нас остановился темно-зеленый «Бурунг».
— Нам очень срочно нужно на Мэйпл-стрит! Пожалуйста, выручите! — выкрикнула Элизабет, едва открыв дверь эрмимобиля.
— Заплатим, сколько пожелаете! — добавил Бабский и, не дожидаясь ответа, плюхнулся на сидение рядом с драйвером.
Пожалуй, это было наглостью с его стороны, потому как туда метила Элизабет. Англичанка не стала спорить, лишь уточнила, устраиваясь рядом со мной:
— Вы знаете, где Мэйпл-стрит? Это где-то в Уайтчепеле, параллельно Эссекс-роуд.
— Да, что такое там есть. Разберемся, госпожа, — ответил грузный мужчина, что сидел за рулем. Дождался, когда залезла в салон Бондарева и дернул рычаг. Со свистом выбросив плотную струю пара, старый «Бурунг» понесся по Кэмброк-роуд в сторону Уайтчепеле.
— Нам нужен дом сорок семь, — напомнила Бондарева.
— Будет вам сорок семь. Двадцать фунтов приготовьте. Мне это, видите ли, не по пути, приходится делать большой крюк, — начал ворчать толстяк.
Я достал бумажник и вытянул из него две банкноты.
— Волнуешься? — я взял Элизабет за руку.
— Очень! — прошептала она. — Я найду, кто это сделал! Обязательно найду! — баронесса отвернулась к окну, и я понял, что она пытается скрыть накатившие на глаза слезы. В том, что связь Элиз с Майклом очень сильна, я знал и ранее, но сейчас она проявилась еще яснее.
