Надо читать эту книгу — она затрагивает сложные темы в ясной и доступной форме. Главный герой ГГ трансформируется в теле графа, вызывая шок у друзей и коллег. Встреча с Артемидой придает истории глубину и мистическую нотку. Не пропустите, чтобы понять, почему ГГ такой уникальный персонаж....
Тут мне на ум пришла интересная мысль: что, если на кристалл гирвиса (как известно являющимся сердцем генератора вихревого поля) направить дополнительный эрминговый поток? Разумеется, не я один такой умный, и, если бы такая возможность имелась, инженеры виман давно бы ее задействовали, но кристалл здесь один и он в резонансе лишь с определенным потоком — все так, как бы природу не обманешь. Вот только так для инженеров, а я — маг. Я именно тот, который меняет природу плотного мира, воздействуя на нее силами тонкого.
"— Ну, можно сходить за сигарой? — взмолилась баронесса, покинув сидение рядом со мной. — Курить хочу, не могу!
— Нет. Посиди спокойно еще немного, — наверное я превратился для нее в строгого папочку. — Видишь у нас на хвосте дружки твоего Лиса и полиция. Сейчас я попробую одну штуку и это может быть опасным. Лучше сядь в кресло.
— Ладно, пробуй. И он больше не мой Лис. Ты же сам сказал ему, теперь мой парень — ты, — напомнила баронесса.
Черт! Вот лучше бы она той неосторожной фразы не заметила. Я промолчал. Прикрыл глаза, готовясь к магическому эксперименту. Пока машина летела по прямой на максимальной скорости (стрелка колебалась около 235) мое участие не требовалось. А требовалось почувствовать эрминговые потоки и выбрать подходящий. Я сосредоточился, слушая поочередно каждый из доступных. Касаясь их одновременно тремя чакрами. Я слушал их гамму, точно бесконечный, застрявший в вечности звук. Сравнил с тем, с которым резонировал кристалл гирвиса нашей машины и, наконец, сделал выбор.
Не знаю, почему так резко отреагировал «Стриж»: меня вдавило в кресло, а госпожу Евстафьеву вынесло из рубки. Вышел очень опасный кульбит, она долетела до разбитого иллюминатора бокового обзора и могла бы нырнуть в него, если бы не тугой поток воздуха, бившего в дыру.
— Держись за поручни! — крикнул я ей, — доберись до лестницы и поднимайся наверх!
Стрелка указателя скорости давно запала в крайнее правое положение с отметкой 300, но нас, несомненно несло намного быстрее: мигающие огни полицейский виман быстро превратились в тусклые точки где-то позади. Я кое-как выровнял курс — из-за разбитого иллюминатора, машину норовило развернуть.
