Ты, Егорша, хоть и знатного роду, но о том никто, кроме нас, не знает-не ведает, так?
– Ну… так, – озадаченно кивнул невесть с чего записанный в «феодальную знать» Вожников.
– Антипка же – атаман, главный здесь, то все признают, – наставительным тоном продолжил Иван Борисыч. – Вот и мы должны, чести не роняя, в головной ладье плыть. Усек?
– Усек, – улыбнулся Егор и, покачав опустевшей кружкой, напомнил: – А медовуха у вас добрая!
– Так пей еще! Эй, кто там есть? – младший братец, Данило, высунулся из шатра, подозвав слуг. – Живо тащите еще кувшин.
– Не боитесь, что кончится? – хмыкнул молодой человек.
Иван Борисович махнул рукой:
– Не кончится, взято изрядно. Хотя, бывают, попадутся такие «питухи», что никакого хмельного на них не напасешься! Но ты ведь не из таких, одначе.
– Не из таких, – вспомнив Серафиму-волшбицу, поспешно заверил Вожников и тут же, не удержавшись, спросил: – А вы водку когда-нибудь пивали?
– Водичку? – братья снова переглянулись, на этот раз – словно два заговорщика.
Слово «водичка» Иван Борисович произнес с ударением на первый слог – «во́дичка».
– Монахи латынские ее еще аква витой называют, – сказал Данило Борисович. – Ух, и крепка, зараза! Прямо огонь жидкий.
– А ее вообще где можно купить?
– Рано тебе о во́дичке думать, Егор, – Иван Борисович строго погрозил пальцем. – Жену б себе лучше приискал – чай, не такой уж и младой вьюнош.
Егор расхохотался:
– Ой, хомут-то себе на шею повесить всегда успеется.
– Всегда, да не всегда, – туманно заметил старший брат.
И, чуть помолчав, поинтересовался списком пленников, теми, кого ватажники собрались выручать из татарского рабства.
– Да много кого надо бы выручить, – пожал плечами молодой человек. – Слава богу, все у одного человека, какого-то там сотника. Если, правда, список не фальшивый, а то получится как у Ильфа и Петрова с отцом Федором.
– Отец Федор! – разом воскликнули братья. – Это ж, так понимаем, духовник твой? Он жив ли?
– Вот это – навряд ли.
– Тогда помянем, – Борисовичи подняли кружки.
Выпили. Посидели немного молчком, послушали, как верещит где-то совсем рядом сверчок."
"– Михайло, гость новгородский, почитай всю округу объездил, порасспросил, – тихо произнес Данило. – Где у кого кто.
Иван Борисович вскинул глаза:
– Слушай-ка, Егор – а князь с Воже-озера, Нифонт, за племянницу свою не просил? Брата Михаила, покойного князя, дочку. Да ты ее знать бы должен… Еленой звать.
– Да много у меня Ленок знакомых, – сказал Вожников. – Но в списке я никаких Лен не видал.
– Станет Нифонт племянницу искать, как же! – младший брат похихикал.