Да так, что, казалось, взорвался весь лес!
Что такое?
Бросив так еще и не пришедшего в себя вражину в кусты, Вожников с удивлением обернулся… увидев подъезжавших к нему всадников в латах, с пиками, палашами и ру… Нет, это не ручницы – это что-то покрасивее будет! Неужели – мушкет? Нет, для мушкета пятнадцатый век – рано. А вот для аркебуза – в самый раз!
– Это что у вас за штуковины?
– Аркебуз. Что-то вроде ручницы.
– Так я и думал.
Слово «аркебуз» иногда писалось и как «аркебуза», Егор это знал еще из той, ранешней своей жизни, теперь уже невообразимо далекой и нереальной. Он тогда тесно сошелся с людьми, занимающимися историческими реконструкциями, даже принимал участие во многих фестивалях, тогда и запомнил про аркебуз – гладкоствольное, весом около трех килограммов и калибром миллиметров пятнадцать, ружье, стрелявшее каменными (чуть позднее – свинцовыми) ядрами. Фитильный замок, пуля, выпущенная с расстояния тридцати пяти метров, запросто пробивала дверь от автомобиля «Жигули» – как-то с «реконами» пробовали. Значит, и латы должна была пробить так же запросто."
"Егор, не задумываясь, спросил по-русски, ему так же, по-русски, и ответили, точнее, ответил рыжеватый воин лет тридцати, с круглым добродушным лицом, в обтянутой синим бархатом латной кирасе-«бригантине» и круглой солдатской каске. В общем, выглядел аркебузир вполне по-европейски и, похоже, был за главного в небольшом отряде, по крайней мере, остальные солдаты помалкивали, в разговор не вступали.
– От, едрен-батон, да ты русский, что ли? – покачал головой Вожников.
Рыжий усмехнулся:
– Ну, русский. А что тут удивительного? В Орде русских мало?
– А по виду и не особо похож на русского-то.
– Ты больно похож, человече.
Оба одновременно расхохотались. Из-за кустов недоуменно выглянул Федор, которого русский предводитель солдат тут же заметил:
– Это кто еще?
– Мой человек. И еще трое, с раненым. – Егор обернулся. – Федька, надо бы их догнать.
Юноша тут же кивнул:
– Сделаем.
– А что с лиходеями? – переведя дух, быстро спросил Вожников. – И вы, вообще, кто такие?
– А вы? – не очень-то невежливо, вопросом на вопрос, отозвался незнакомец.
Князь подбоченился:
– Мы-то известно кто – торговые гости. Самого господина Феруччи, фрязина, компаньоны.
Средь солдат неожиданно пронесся смешок, улыбнулся вновь и их главный:
– Гости, говоришь? Это не ваш воз на поляне перевернут?
– Как – перевернут? – хлопнул глазами Егор.
– Перевернут и весь разграблен. У вас там было чего?
– Да было.
– Так ничего не осталось.
– Вот татарва треклятая! – притворно возмутился молодой человек.