– Прямо не понимаю, как тебя столько лет терплю? Скажи-ка мне, милая, а девки дворовые и особливо эта, индийская, без тебя с хлопотами по уходу за мною справятся? Одевать, раздевать, умывать, платья подбирать готовы?
– Справятся, хлопоты привычные. А немка еще и станцует! – гордо вскинула подбородок Милана. – Меня куда отошлешь, хозяюшка?"
"– Тебя? Которая всегда мысли свои по каждому моему шагу имеет? Своенравна и упряма, но честна и преданна? – Елена в задумчивости поднесла палец к губам. – Куда тебя спровадить?… А не поставить ли мне тебя в ключницы? Хозяйство больно большое развелось, не справляюсь. А как уедем надолго, так и вовсе беда! Справишься? Чего молчишь?
У Миланы и вправду перехватило дух. Ключница в любом доме – первый человек после хозяина. Всеми доходами и расходами, всеми припасами, всем скотом, постройками и казною заведует. Гостей на постой определяет, работникам платит, за порядком следит…
Пожалуй, что и важнее хозяина стать может, коли тот на иное что отвлечется.
– Постараюсь, матушка, – низко склонила голову бывшая дворовая девка.
– Пару дней еще за мной походи, определи, кто за старшую после тебя останется. Платье себе княжеское выбери, дабы достойно поста нового смотреться. Украшения купи. Тебе, чай, подношения уже носят. Светелку хорошую выбери. Достойную звания боярского. Дабы и бояре уважали. И смотри мне! Не забалуй! Иначе все мое доверие прахом пустишь. Ну и… Сама понимаешь.
– Слушаю, матушка.
– Что еще? – задумалась Елена. – И да! Невольницу эту из Индии… Ты ее языку нашему не учи и прочим накажи, чтобы не учили. Не понимает ничего, и слава богу. Зело удобно при себе слугу глухонемого иметь. Ибо разговоры у меня с мужем все чаще такие случаются, о каковых чужим ушам лучше ничего не знать.
– Слушаю, матушка.
– Распорядись, чтобы стол в большой зале к обеду накрыли, ватажников и бояр, каковые трезвые, пригласи. Я же пока к мужу пойду, грех очередной искупать. Знала бы Асия, что в гареме меня услаждениям учила, для чего мне ее искусство понадобится…
Свою вину княгиня Елена, конечно же, успешно загладила. Егор, измученный ею до беспамятства, смирился с тем, что никого из соседей ему побеспокоить не удастся, отпустив лишь малопонятную для жены шутку: «Надеюсь, хотя бы от Монтесумы тебе ничего не надо…» А когда княгиня переспросила, кто это такой, небрежно махнул рукой: «Напрасно строишь планы. Он еще только лет через сто родится». Однако после этих слов Егор стал каким-то задумчивым, и Елена решила потом поспрошать об этом имени у купцов. Может, у «Монтесумы» и вправду имеется что-то очень важное?
– Надо бы у поморов поинтересоваться, с какой скоростью их кочи ходят, – закинув руки за голову, произнес князь. – Из всего, что я видел, их корабли самые крепкие.