Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Раздел Chitat.online для книги «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Однако денег-то нас нет – не купим. Ой… и как-то уже есть хочется.
– Я бы тоже перекусил чем-нибудь, – тут же ощутив голод, согласился молодой человек. – Схожу вниз, в селенье…
– Я с вами!
– В таком виде тебе только в кордебалете плясать! – Вожников сказал, как отрезал. – Останешься здесь, и жди.
– Но…
– И без всяких «но», поняла?
Девушка покорно кивнула."
"– Я постараюсь побыстрее, – подойдя к тропинке, обернулся молодой человек. – Но уж как там пойдет. Смотри, чтоб потом тебя не искать.
– Я никуда не уйду, – Аманда моргнула. – Здесь буду. Ждать.
Помахав девушке рукой, молодой человек быстро спустился со скалы и, поглядывая по сторонам, зашагал по узкой, вьющейся меж зарослями вереска и дрока тропинке. Минут через двадцать князь увидел невдалеке деревню, притулившуюся на пологом склоне холма, распаханном на небольшие участки-наделы. Рядом журчала река, впадающая в море широкой, раздробленной на несколько рукавов дельтой. Берега реки густо поросли камышом, ивою и красноталом, кое-где виднелись кусты черной смородины и крыжовника, при взгляде на которые Вожников уныло сглотнул слюну. Неплохо было бы перекусить – однако кто ж накормит нищего бродягу? Не подаяние же просить. Или… может быть, поколоть кому дров? Так здесь не поленья, а хворост.
Тропинка между тем свернула на заливной луг, где паслось небольшое стадо пестрых коров, живо напомнивших Егору свою малую родину. Неподалеку от стада, ближе к реке, жгли костер пастушата – двое лохматых мальчишек лет по двенадцати. Парни явно собирались испечь на костре только что пойманную рыбу, и князь, заметив это, все же решил не проходить мимо. Просто взял да свернул к костру:
– Бог в помощь!
– И вам, – вежливо отозвались пастушата.
– Рыбу жарить собрались? – припомнив каталонские слова, улыбнулся Вожников.
– Садитесь с нами, сеньор. Сейчас угли прогорят – запечется быстро.
Со всей искренностью поблагодарив гостеприимных отроков, беглец тут же и уселся прямо на траву, устало вытянув ноги:
– Хорошо!
– Из Таррагоны идете? К Моренетте? – пошевелив горящий в костерке хворост, спросил один из парней.
– Да-да. Оттуда.
Таррагона… Моренетта… Эти слова ничего не говорили князю, хотя… Таррагона, кажется – город, еще с римских времен, а Моренетта… Черт его знает – что это… или – кто? Верно, тоже какое-нибудь селение.
– Что ж вы один-то? – вспоров ножом брюхо увесистой рыбине, поинтересовался второй пастушок. – Небось, обет такой дали?
– Обет, – искоса рассматривая ребят, Егор снова сглотнул слюну. – Много… много рыбы?
– Да хватает. Мы крючки ставили, с утра еще.
С утра – только это слово Егор и понял. И тут же вздрогнул, резко вскинув голову – жаркое солнце уже клонилось к морю, еще пара-тройка часов – и сумерки.
