Со всеми своими соседями, слухами, сплетнями и прочим.
– Замуж тебя выдадим, – снова завел старую тему Егор. – Не беспокойся, найдем хорошего жениха.
Аманда скривилась, словно от зубной боли:
– Да говорила ж уже – кто возьмет безродную бесприданницу? Где такого человека найти… тем более – хорошего?
– А мы все же поищем, – Вожников оглянулся и, подмигнув девушке, едва не столкнул с пути какого-то прохожего.
– Ах, простите, сеньор, – тут же сойдя в траву, молодой человек приложил руки к груди."
"– Да ничего, – прохожий – среднего роста мужчина с бритым лицом и длинными светлыми волосами – смотрел вовсе не на Егора, а на шедшую чуть позади Аманду.
На которую и указал кивком, шепотом спросив:
– Знаменитая знахарка Мария не она ли будет?
– Она! – обрадованно подтвердил Егор. – Вы совершенно правы, почтеннейший, – эта серьезная дева и есть знаменитая знахарка!
– Ну да, так мне ее и описывали, – слегка поклонившись, мужчина окинул чуть смутившуюся девчонку самым пристальным взглядом, обычно свойственным самым придирчивым покупателям или недоверчивым сутяжникам, всегда ожидающим подвоха. – Красива и очень юна. Право, и не знаю даже, справится ли она с моим делом… может, кого-нибудь поосновательней поискать?
– Поосновательнее не найдете! – усмехнулся молодой человек. – Не сомневайтесь! Аман… Мария – именно та, кто вам поможет во всех ваших делах.
– Вы как-то странно говорите. Чужестранец? – незнакомец столь же подозрительно посмотрел на князя.
– Чужестранец, – с улыбкой подтвердил тот. – Странствующий студент.
– О, так вы, наверное, в Саламанку идете?
– Именно так. Вот только поклонюсь Монтсерратской Деве – и пойду. Так что у вас за дело-то? – поглядывая на скрывшееся за зубчатой надвратной башнею солнце, Вожников быстро перешел к главному. – Рассказывайте, не стесняйтесь, любезнейший. Мы с Марией издавна вместе странствуем.
– Я могу и по латыни рассказать, – неожиданно улыбнулся незнакомец. – Тоже ведь когда-то в Саламанке учился… правда – не до конца. Отец умер, оставил мне все купеческие дела.
– О, да вы купец!
– Так, торгую… О, совсем забыл представиться – зовут меня Мигель, Мигель Микачу, если по-местному, меня в Манресе всякий знает, к слову сказать, но дело-то не во мне, а в моем сыне.
– А что с вашим сыном такое?
– Понимаете… трус он у меня! – сеньор Микачу выкрикнул это с надрывом, словно вдруг решившийся на сложную и непредсказуемую операцию пациент.
– Давайте, мы хоть вон тут, на камни, присядем, – осматриваясь вокруг, предложил Егор.
Все трое спустились к реке и уселись на плоских, нагретых солнцем камнях, глядя, как невдалеке, весело гомоня и поднимая брызги, купаются в речке ребята.
– Рассказывайте поподробней, сеньор, – попросила Аманда.