Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Раздел Chitat.online для книги «Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Бывший российский бизнесмен Егор Вожников, волей случая перенесенный в прошлое, стал великим князем Руси и императором Священной Римской империи. После успешных европейских завоеваний ему предстоит укреплять власть и противостоять угрозам мятежа, балансируя между амбициями сюзеренов и...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
– Чабреца подложи, – развалившись в уголке, на копне еще сыроватого, спрятанного от возможного дождя сена, приказал Кузьма. – Теперь мяты подсыпь… Да больше, больше! Теперя – толченых жаб. Сушеных червей добавь, вон они, в туеске…
– Знаю, господине.
– Знает он, – приподнявшись, коновал усмехнулся. – Смотрите, какой умник выискался! А ну-ка, подойди, отроче!
– Так варево ведь…
Кузьма повысил голос:
– Подойди, сказано! Голову опусти… Вот тебе, вот!"
"Отвесив мальцу несколько хороших затрещин, так, что по щекам отрока потекли слезы, лекарь потянулся и назидательно пояснил:
– Это – чтоб умней других себя не считал, червь. Понял?
– Понял, господине. За учебу – благодарю.
Низко поклонившись хозяину, Сенька обернулся к печке:
– А варево-то… Ой!
– Так ухвати, ухвати!
Отрок схватил было котелок руками, да тут же их и отдернул – едва не обжег – взял подолом рубахи.
– В миску немножко отлей, – деловито распорядился Кузьма. – Остальное еще чуток прокипяти – и снова слей, уже в другую миску, вон в ту – в щербатую. А что станется – осадок – в леднике остудишь.
– Понял, хозяин. Все, как велишь, сделаю.
– Из той, первой, миски, как остынет, в малый кувшин перельешь – то отвар, – зевнув, коновал продолжал свои наставления. – Из миски щербатой – в скляночку. То – настой. А что из котелка выскребешь – то в березовый туес – зелье. Тако купчине болезному и повторишь – отвар с настоем внутрь, зельем грудину мазать. Не шибко-то и больной купец-то, Бог даст, выздоровеет. Да! Ты босиком-то на лодью не беги, надень постолы, да рубаху смени на праздничную – чай, не шпынь какой-нибудь!
– Сделаю, господине, ага.
Дождавшись, когда отвары и зелье остынут, Арсений аккуратно разлил их по кувшинчикам-туесам, да, сложив все в суму, побежал было в избу – за постолами и рубахой.
– Постой, – схватив парня за локоть, просипел Кузьма. – Сам все вынесу, а то перебудишь всех, с тебя станется. Тут вот, у крыльца, стой. Жди.
Переодевшись в праздничную – с богатой вышивкой – рубаху, Сенька сноровисто намотал на ноги онучи, завязал ремни постолов, кожаной плетеной обувки, притопнул – все ли ладно? – и, закинув на плечо суму, зашагал к калитке. Никто его с усадьбы не провожал, разве что дворовый цепной пес махнул дружелюбно хвостищем, да замычал в скотнике откармливаемый на мясо бык Прошка.
Ночка выдалась нынче светлая, звездная, серебристый свет месяца заливал луга, отчего и трава тоже казалась серебряной. Идя по знакомой тропинке, Арсений представил вдруг, будто бы это не трава, а настоящее серебро – ух, какие деньжищи! И если б эти все деньжищи, да ему – то что бы он, Сенька, тогда сделал? А перво-наперво – ушел бы от дядьки Кузьмы – злой он, да и лекарь – нехороший. Чему от такого научишься – вот, как сейчас – обману только.
