– Еще бы – такой-то стриптиз! Чего раньше времени прогонять-то… так?
– Да уж, не прогоняли, – потупился страж. – Бес попутал, интересно стало посмотреть на корвищ.
– И долго смотрели?
– Да не долго… То-то и оно, что недолго. И они, корвищи, как-то вдруг сразу – оп! – одежку натянули, да – в церковь. Вроде как помирилися. А уж как они с церкви вышли – там народу то было много. Еще и в Святой Софии тоже обедня кончилась – вот этакая-то толпища и повалила.
– Понятно, – Егор задумчиво глянул в окно, на плывущие по голубому небу облака, на росшие невдалеке от частокола липы. – С толпою они из детинца и вышли. Через мост, через земляной город… Естественно, никто из стражников их из толпы не выделил, не запомнил. Думаю, с толпой же и стрелок выскользнул… а до той поры он должен был где-то скрываться… или наоборот, не скрываться, а на виду быть – но так, чтоб ни у кого никаких подозрений не вызвать. Так-ак… и кто бы? Плотники, землекопы и все такие прочие мимо башни во время обедни не шастали?
– Плотников не видал, господине, – уверенно отозвался воин. – Землекопы тоже не проходили… Были ратники.
– Ратники?
– Ну, караульщики с башен. Они – да как все мы – частенько туда-сюда ходят.
– Понятно! Снова никто внимания не обратил, – Вожников подошел к окну. – А самострел он, верно, под плащ спрятал… Хотя, впрочем – зачем? Мог и просто на плечо закинуть – идет себе воин оружный, что в том такого? Так. Ратники те, что проходили – в кольчугах были?
– Как положено, господине. В кольчугах, в байданах, при шеломах все.
– Шлем потом можно снять, в котомочку спрятать, да и арбалет тоже… А поверх кольчужки – чтоб на выходе не мелькать особо – плащ. День тогда какой был, жаркий?
– Да не особо, великий государь.
Приведший опростоволосившихся часовых сотник – молодцеватый мужик в бахтерце и круглой немецкой шапке с пером – от имени тысяцкого справился у великого государя – что дальше? Казнить ли «смердячих гадов», либо выгнать из Великого Новгорода, чтобы духу их не было?
– Каких, каких гадов? – переспросив, Егор тут же расхохотался. – Ах, ты про часовых… Не, казнить не надобно. Плетей для порядку всыпать, так, без усердия, да и пускай себе службу тащат. Так Федору Онисимовичу и передай.
– Слушаюсь, великий государь.
– Да! – вдруг вспомнил князь. – Того, толстоморденького – ежели дальше без залетов будет да случай представится – в десятники! Силушка у него есть, ум – тоже. Чего в простых постовых прозябать?
Сегодня выдался просто какой-то день встреч… кои великий князь сам же себе и устроил – велев позвать то одного, то другого.