Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
Раздел Chitat.online для книги «Вечный воин» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Поскольку у кочевников нет своих летописцев, а у римлян есть, последних потомки и будут считать победителями.
Не знаю, какие именно планы были у Флавия Аэция на поход гуннов в Галлию, но его сын так и не женился на Плацидии, дочери императора Валентиниана Третьего. Хотя цель могла быть и помельче — ослабить готов в Галлии. Это ему удалось. Мало того, что несколько тысяч отборных воинов полегло на Каталаунских полях, так еще у готов началась гражданская война: сыновья погибшего короля Теодориха передрались между собой из-за трона. Можно считать, что в ближайшие годы у римлян на одну занозу в заднице будет меньше.
Само собой, западные римляне объявили о своей грандиозной победе. Количество убитых гуннов, которых они называли скифами, по одним сведениям составляло сто шестьдесят пять тысяч, по другим и вовсе триста тысяч. Так понимаю, что «скифами» посчитали всех погибших, в том числе и тех, кто воевал на стороне римлян. Вторую цифру даже обсуждать не буду, но и по первой у меня есть большие сомнения. Ширина поля боя была около километра. Пусть полтора. Значит, одновременно с каждой стороны могло сражаться по полторы тысячи человек. Если каждый убивал врага в среднем за десять секунд, что маловероятно, и бой продолжался часов семь, то все равно погибло бы сто двадцать шесть тысяч, на четверть меньше. Только вот убивали не двое, а кто-то один из стоявших друг напротив друга, и на это уходило намного больше десяти секунд. В плотном строю, а точнее, в давке наносить смертельные удары очень сложно. Надо сделать несколько выпадов, чтобы завалить соперника, потому что, пока он будет стоять на ногах, до следующего не доберешься. Поэтому цифра тысяч в пятьдесят — в три раза меньше — ближе к истине, хотя и она кажется мне великоватой. При этом, что увеличивало славу великого полководца, а точнее интригана Флавия Аэция, римские легионы почти не имели потерь. Всего несколько сотен воинов погибло от гуннских стрел, что для такого сражение сущий пустяк. О том, что среди именно гуннов тоже почти не было потерь, стыдливо умолчали.
Подозреваю, что байка о фантастическом количестве погибших скифов и разрушила планы Флавия Аэция породниться с императором Валентинианом Третьим. Любой здравомыслящий человек, узнав, что врагов погибло так много, сделал бы вывод, что ближайшие лет пятнадцать-двадцать нападения кочевников можно не опасаться. Как бы их ни было много, как бы плодовиты ни были гуннские женщины, восстановить такое большое количество воинов быстрее не получится. Если император Валентиниан сам не додумался до этого, то ему наверняка подсказали. А раз нет опасности ни со стороны скифов, ни со стороны западных готов, то и надобности во Флавии Аэции тоже нет.
