Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
Раздел Chitat.online для книги «Вечный воин» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Герой оказывается в водовороте событий Пятого века, когда Гунны вытесняют народы Восточной и Центральной Европы. Он пытается выжить в этом историческом периоде, обладая знаниями и опытом. Перед ним открываются непредсказуемые пути, связанные с перемещением и судьбой.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Не скажу, что это оружие очень эффективное, но если каждый пятый или хотя бы десятый дротик угадает правильно, то не зря их таскают. Следом полетели веруты, а затем началась рукопашная. Поскольку с обеих сторон сражались германцы, бой шел жестокий и упорный.
Наблюдать долго мне не дали. Тяжелая конница левого фланга гуннской армии начала движение, намериваясь обогнуть фланг вражеской армии, зайти в тыл. Поскольку конницы на флангах у римлян уже не было, на ее место, за неимением лучшего, Арнегискл поставил метателей дротиков, пращников и лучников. Мы смели их, почти не притормозив. Кто пошустрее, успел убежать, а остальные были поколоты, порублены или затоптаны копытами лошадей. Я успел проткнуть пару человек, которые даже не пытались сопротивляться.
Скакавшие впереди начали заворачивать влево, чтобы ударить римской фаланге с тыла, не обращая внимания на то, что за ней стоит вторая линия, готовая к бою. Я еще не забыл, как римляне берут в клещи прорвавшихся врагов, поэтому с трудом вырвался из лавы, продолжил скакать вперед. Не потому, что решил погеройствовать, а совсем даже наоборот. Находясь на фланге римской армии, я могу напасть или отступить, как будет целесообразнее. По стуку копыт понял, что не один я такой предусмотрительный, если ни сказать хитрожопый. Или это сработал стадный инстинкт и просто продолжили скачать за тем же всадником, что и раньше. Крайний отряд ауксилиев из второй линии начал смещаться влево, чтобы преградить нам путь, но не успел. Где-то больше сотни тяжелых кавалеристов гуннской армии оказались в тылу у вражеской, задние шеренги которой быстро разворачивались лицом к нам, чтобы дать отпор. Вот только бросать коня на стену щитов у меня не было желания. Вместо этого я погнался за римскими воинами, которые двигались в обоих направлениях по дороге, ведущей к каструму, построенному на краю долины у реки. В нашу сторону шли целые и невредимые, в обратную — по большей части раненые, кто сам, кто с помощью соратников, а кого и вовсе несли на носилках из двух жердей и натянутой между ними шкуры или толстой холстины. Впрочем, заметив нас, все дружно побежали к каструму, побросав носилки и другую поклажу.
Я успел заколоть пикой еще двух. Третьему, молодому и верткому, метил в спину между лопатками. Бежал он не оглядываясь, но в нужный момент сделал рывок и малость шуганулся вправо, из-за чего острие пики, пробив короткие, темно-коричневые и сильно потертые штаны, вонзилось ему в левую ягодицу.
