В груди похолодело, к глазам подступили слезы, когда она посмотрела на букет, который он подарил ей. Ее тошнило от одной мысли, что он может прикасаться к кому-то другому так, как прикасался к ней.
— Мэри, прости меня.
Она откашлялась.
— Не надо извиняться. Между нами ничего нет, так что я и не жду, что ты ради меня изменишь свои привычки.
— Это не привычка.
— О, да, прости. Пристрастие.
Снова повисла тишина.
— Мэри, я… Если бы был другой способ…
— Способ? — Она взмахнула рукой. — Не отвечай.
— Мэри…
— Не надо, Рейдж. Это не мое дело. Просто иди.
— Мой телефон будет включен, если ты…
— Да. Я действительно собираюсь тебе позвонить.
С секунду он смотрел на нее. А потом его черная тень исчезла в дверном проеме.
Глава 27
Джон Мэтью шел домой из «Moe's», следуя за трехчасовым ночным патрулем. Предрассветные часы страшили его. Находясь в квартире, он чувствовал себя как птица в клетке, но для улицы это было слишком позднее время. И все же… Боже, ему было так тревожно, что он чувствовал воление во рту. Хуже становилась только от мысли, что ему даже не с кем поговорить.
А ведь ему действительно нужен был совет. После ухода Тора, он сломал себе голову, размышляя, правильно ли он поступил. Джон продолжал уговаривать себя, что сделал то, что должен был, но сам не верил этому.
Ему бы хотелось найти Мэри. Он ездил к ней прошлой ночью, но дом был наглухо закрыт. И она снова не пришла на горячую линию. Создавалось впечатление, что она просто исчезла, и из-за этого он дергался еще больше.
Подойдя к своему дому, он увидел припаркованный пикап. В прицепе было полно коробок, словно кто-то переезжал.
Что за странное время они выбрали для этого, подумал он, разглядывая машину.
Вокруг не было ни души, никто не сторожил вещи, и Джон решил, что хозяину следовало бы поторопиться. В противном случае, все добро в скором времени грозило испариться.
Джон вошел в здание и поднялся по лестнице, не обращая внимания на валявшиеся повсюду бычки, пустые пивные банки и смятые пакеты из-под чипсов. Дойдя до второго этажа, он остановился. По полу коридора было что-то разлито. Что темно-красное…
Кровь.
Попятившись к лестничной клетке, он уставился на свою дверь. На ней отчетливо виднелся отпечаток, словно кого-то впечатали в нее головой… Но потом он заметил разбитую темно-зеленую бутылку. Красное вино. Это было обычное красное вино. Парочка пьяниц, живущая рядом, снова подралась в холле.
Его плечи расслабились.
— Прости, — послышался чей-то голос сверху.
Он отодвинулся в сторону и поднял голову.
Джон замер.
Рядом с ним стоял высокий мужчина, одетый в черные камуфляжные штаны и кожаную куртку. Его волосы и кожа были практически белого цвета, в бледных глазах таился зловещий блеск.
Зло. Нежить.
Враг.
Это был его враг.