Автор
Зарик — мой, — кричала Белка, крутясь на месте и размахивая блондинистой копной. Ветер поднимал ее волосы в бурю, как будто усугубляя неразбериху, но не снижая жару. Хрупкая, как тростинка, она была настоящей магичкой-чистокровкой, и я всегда знала, что ее тумаки — это лишь маленький кусочек всей её силы....
Тебе надо хорошенько подкрепиться.
Чтоб ты меня потом поимел? Вовремя прикусила язык. Вслух не сказала. Уже молодец.
— Я не ведьма, — буркнула по привычке.
Больше себя обманывать не получится. Но других-то можно. Белка так считала.
— Я все видел, — повеселел маг.
Что видел? Черт меня дернул приподнять одеяло и заглянуть. Вроде не голая. Полегчало. Что за мысли в моей голове?
А волосы снова стали рыжие. А под одеялом было мое грязное платье, перепачканное в засохшей грязи из сточной канавы. Хорошо, что не воняло.
Только я кожей чувствовала, что под платьем не было нижнего белья. Ну, что за жмот. Пожалел гламурненьких трусиков из последней коллекции. Все равно, я уже их поносила, а к возврату нижнее белье не принимают! И мои панталончики не вернул. Гад. Но спрашивать об этом постеснялась — как-то неприлично.
Ой, наверное, мои веснушки тоже вернулись.
Вот что делает любовь с девушками... а я ведь гордилась своей внешностью.* До этого момента.
А теперь поджала губы в расстройстве. Вот, маг сейчас пялится на мое некрасивое лицо. Надо было послушать Белку, подкопить денег и вывести конопушки. Это он еще не видит грудь и попу, вернувшиеся к нормальным размерам. Чего он так? Отобрал все наколдованные прелести. Мотнула головой, уши отозвались тяжестью. Только сережки в ушах и остались.
Вздохнула, реплику не удержала:
— Маг дал, маг взял, — и прикусила язык. Да, чтоб меня.
— Чего я у тебя взял? — не понял мужчина напротив.
"— Все, — выплюнула обиженно, — и грудь большую, и попу, — насупилась, — Волосы рыжие вернул… Наигрался?
Про себя подумала, что еще и конопушки вернул обратно, наверное. Почувствовала себя гадким утенком. А он такой… такой… такой… все, слова кончились.
Маг развеселился:
— Это ты сама все вернула обратно. Я ничего не отбирал.
Потом голос повысил. Строго так гаркнул:
— Ешь, сказал, — ткнул кусок прямо в рот.
Я резко села. Рот сам открылся, откусил и принялся жевать. Вкусно.
А он припечатал:
— Потом поиграем.
Ой, в животе перекатилась волна. Заработала челюстями быстрее, зажевывая смущение. Только бы краска по лицу не разлилась. А то и так некрасивая, а если покраснею, вообще, на помидор стану похожа. Тоже мне, красавица расписная. Так хотелось понравиться магу.
Говорить он мне не давал. Только я проглатывала, тыкал куском и приходилось откусывать дальше.
