Что за дурной проклятий? Совсем недавно я весело прогуливалась с подругой в кафе, угощалась кофеем и лакомствами. А тут – внезапный визг, как будто что-то или кто-то издавили меня, и моя мирская жизнь превращается в вымысел: я оказываюсь босой в полном одеянии под солнцем, в лесу. Ночь поздняя, но все еще не по-летнему холодно. Вопросы разносятся над густыми лиственными кронами, наполняясь загадкой и опасностью....
Она скрипела и казалось готова была развалиться в моих руках. Конечно, я вначале с подозрением ее оглядела, потом решив, что она все таки выдержит мой козлиный вес, залезла на нее и потом на печь.
В самом деле , в дальнем углу лежала маленькая тонюсенькая книжка в черной кожаной обложке, на которой вязью был нарисован серебряной краской странный то ли вензель то ли руна. В этом я была не особо сильна.
Скинула вниз одеяло, потом осторожно спустилась сама. Самое интересное, что табуретка уже даже не скрипнула при этом.
—Тебя то как зовут?
Я оглянулась:
—Ядвига, друзья зовут Яжа. Меня когда к роддому подкинули в одеяльце, нашли в нем огрызок бумаги где имя было написано.
Кот грустно кивнул:
—Ну да. Всегда так. Ведьмы имя дают и дочек в другие миры подбрасывают.
Я закуталась в одеяло, которое оказалось не пыльным и не грязным, как я ожидала, а даже приятно стало пахнуть лавандой.
—Почему моя мать от меня отказалась?
Василий глубоко вздохнул:
—Чтобы дочка ее участи избегла.
После этих слов мне стало совсем тоскливо. Даже детская травма отказного ребенка куда то отступила.
Глава 3
— Ведьмы в молодости, когда у них сила просыпается — источником жизни становились. Поэтому норовили все их поймать до того, как они в полную силу вступят, жениться по-быстрому и в клетку к себе посадить.
Я в ужасе сморщилась и уставилась на кота:
— Новую? А старая куда девалась?
Кот задумчиво выпустил когти, потом опять втянул:
— Та, что ребёнка родит в неволе, успеет его на пике силы в другой мир отправить и угасать начинает.
Я задумалась и стала перебирать в голове то, что читала. Так и есть. Всё у нас с головой не дружили.
— Вася, и такое всегда было? Чтоб в клетку? И без любви.— с тоской протянула я.
