Автор
В Ведьме Юлии Резник тонкий баланс между реальностью и мистикой создает атмосферу напряжения и надежды. Главный герой, перепуганный подозрением на свою вовлеченность в заговор, оказывается на грани выживания, когда его собственный тело начинает противиться всем лечебным мерам. Книга становится не только о судьбе человека, но и о границах человеческого возможного....
Вместе с ребёнком оба мужчины зашли в палату Ксении.
— Милая, смотри, кого мы к тебе в гости принесли.
Игорь подносит сына как можно ближе к любимой, а Степан с комом в горле наблюдает за всем происходящим со стороны. И он просто дико, до дрожи в коленях боится не справиться. Подвести Ксению в очередной раз. Или увидеть разочарование в глазах Игоря. А теперь появился ещё и ребёнок, не важно, чей… Главное, что и за него нужно нести ответственность, быть сильным, подавая пример маленькому мужчине. Страхи переполняли.
— Пока, мамочка. Просыпайся скорее. Твои мужчины тебя ждут, — шепчет Игорь, а в уголках глаз закипают горькие слезы.
Уже в машине Степан решается на мучающий его вопрос:
— Слабый, есть хоть какой-нибудь шанс, что под мужчинами, ожидающими ведьминого выздоровления, ты подразумевал и меня?
Игорь на мгновение отрывает взгляд от дороги, сосредоточившись на лице Степана в зеркале заднего вида.
— Дурак ты, Степан. Я уже давно со всем смирился. Принял ситуацию. Я не рефлексирую, не копаюсь в себе, не думаю о том, что люди скажут… Это моя жизнь, как ты когда-то правильно заметил, и если мне по кайфу делить с тобой женщину, я не собираюсь от этого убегать. Я люблю тебя, и люблю её. Все. Больше ничего не существует.
— Я ушёл… Я испугался своей реакции… Черт, как же тяжело… Ты заводил меня, — наконец выдавливает из себя нелёгкое признание.
Игорь сворачивает на обочину и тормозит, оборачиваясь к другу.
— Нет, ты не подумай… Не в том плане, что я позарился на твою тощую задницу…
— Степа, я все понимаю. И испытываю то же самое. Я завожусь от вида вас с Ксенией. Это вполне нормальная реакция. Открою тебе секрет: большинство людей в глубине души вуайеристы, иначе как объяснить возникновение порно-индустрии?
Степан смотрит на друга, и поверить не может, что он, по собственной дурости, чуть было не лишился всего самого ценного.
— Доходит? — ухмыляется Игорь криво, пожалуй, впервые за последние дни.
Степан кивает, бросая взгляд на сладко спящего в специальной люльке ребёнка.
— Я думаю, это должно было с нами случиться.
— Ведьма заразила тебя своей верой в судьбу? — улыбается Степан.
— Нет, просто я всегда хотел быть частью твоей семьи.
— Несколько нетрадиционная она получилась, не находишь?"
"— А мне по фигу.
