Автор
В Ведьме Юлии Резник тонкий баланс между реальностью и мистикой создает атмосферу напряжения и надежды. Главный герой, перепуганный подозрением на свою вовлеченность в заговор, оказывается на грани выживания, когда его собственный тело начинает противиться всем лечебным мерам. Книга становится не только о судьбе человека, но и о границах человеческого возможного....
И удовлетворенно замечает, как разрумянившаяся жена кивает в ответ.
— Люблю тебя.
Ксении стало реально легче от слов мужа. Она даже немного взбодрилась. Нет, у нее не было прежней уверенности в своей красоте, но ведьма верила, что для мужа она была желанной даже в таком неприглядном состоянии. Но ведь был еще и Степан… И эта ситуация с их тройственным союзом. Ксения знала, что это их судьба. Да, теперь это было именно знанием. Но… Как впустить в душу человека, который однажды уже вынул ее из груди, и растоптал? Где взять силы доверится вновь? А тут еще Ванька.
— Привет, милый, — встречает мужа у порога Ксения и, оглядевшись по сторонам, напряженно спрашивает. — А где Степан?
— У него дела, — туманно объясняет супруг, скидывая обувь. — А как наш сынулька, ммм?
Строит дурашливые мордочки подросшему Ивану и щекочет животик, забирая сына из рук матери.
— Все хорошо. Животик немного болел, — отвечает, а сама просто сверлит Игоря взглядом.
— Ужинать будем?
— Что, и Степана ждать не будем? — уточняет ведьма.
— Да, когда это он еще появится! Не сидеть же голодными, правда, хороший мой? — дурашливо уточняет у сына.
Глава 26
Они ужинают, купают Ванюшку, а Степан все не появляется. Уложив сына спать, ведьма возвращается в кухню, где Игорь наводит порядок, расставляя посуду. Мужчина бросает взгляд на поникшую ведьму и уточняет настороженно:
— Что-то случилось?
— Нет. С чего ты взял?
— Ты какая-то напряженная.
Ведьма пожимает плечами, отворачиваясь к столу. Перекладывает в хлебницу хлеб, сметает крошки. Игорь подходит и обнимает ее со спины:
— Ну, что случилось, милая?
— Игорь, где Степан? — спрашивает напряженно.
— Я же сказал, по делам поехал, скоро будет. Ты из-за этого весь вечер такая невеселая?
Ведьма оборачивается к нему, сверкая полными боли глазами:
— Я теперь каждый раз жду подвоха, — признается.
