Автор
В Ведьме Юлии Резник тонкий баланс между реальностью и мистикой создает атмосферу напряжения и надежды. Главный герой, перепуганный подозрением на свою вовлеченность в заговор, оказывается на грани выживания, когда его собственный тело начинает противиться всем лечебным мерам. Книга становится не только о судьбе человека, но и о границах человеческого возможного....
Кто-то из богатых презентовал, после рассказов о моей помощи военным. Меня она здесь действительно очень сильно выручает по бездорожью. Да и когда на передок гоняла… Цены ей нет. А в доме каждая вещь с историей. Краснодеревщику знаменитому руки от артрита вылечила — стол обеденный и стулья появились. Местной рукодельнице мужа подняла — покрывало и постельное в спальню, все авторское, в единичном экземпляре. Посуда глиняная — девочку с ДЦП до сих пор выхаживаю, результаты хорошие, а ее родители — гончары. Вот и приносят каждый раз то тарелки, то кувшин, то вазочки… Так и живу.
— Значит, определенной таксы нет? — улыбается задумчиво Игорь, — как же нам тебя отблагодарить? Талантами никакими не обладаем. Вентиляцию тебе в доме сделать, что ли? — хмыкает.
Глаза Ксении становятся совершенно черными, колючими, что-ли…
— Рано благодарить. И незачем.
— Ладно, разберемся потом, — миролюбиво соглашается Игорь, — Ксения, а кровать в твоей мансарде… Это тоже тот краснодеревщик делал?
— Да. На заказ.
— А зачем тебе такая кровать гигантская?
Ксения опять отстраняется, закрывается за своими обычными ехидством и язвительностью:
— А что тебе моя кровать покоя не дает?
— Интересно просто… Никогда такого не видел. Так зачем она такая?
Ксения на секунду дает сползти своей маске, открывая свое замешательство.
— Не знаю, Игорь, так должно быть. Не мне спорить…
Они вообще много разговаривали, когда выдавалась минутка. И мужчина восхищался ее силой, ее даром, ее жертвенностью, в которых уже не сомневался.
Так, в размышлениях и воспоминаниях, наступило утро. Степан уже практически сам справлялся с утренними процедурами. Так что у Игоря даже появилось немного свободного времени. Мужчина строгал капусту на салат, то и дело поглядывая в окна. Ксения все еще не вернулась. Иногда, по только ей одной понятному графику, она седлала Бурана и уходила в лес, возвращаясь с известными только ей травами и кореньями. Может и сегодня рванула?
Зажужжала коляска въехавшего в кухню Степана.
— Не было еще?
Отрицательное покачивание головой:
— Может, проверить сходить? Я извелся весь.
Но идти никуда не пришлось, потому что ведьма, наконец, появилась в дверном проеме. Оба мужчины обернулись в ее сторону:
— Ну, как ты? — скупой вопрос Игоря.
Она не выглядит отдохнувшей. Скорее — больной. Пожимает неуверенно плечами. И от этого жеста, у обоих мужчин сжимаются зубы.
— Ксения, ты можешь толком объяснить, что происходит? — хмурит брови Степан.
