Автор
Тихий утром в городке начинается буря событий. Алина неожиданно появляется с волнующими новостями о подругах, которых мало кто знает, но которые быстро захватывают внимание читателя. Весьма любопытная сюжетная линия, затрагивающая мир узких связи и дружбы в глубине деревни....
Как это вы только спелись, непонятно? Что врубилась наконец, что моя квартира тебе не обломится? Потому и решила переметнуться к нему? Думаешь, Андрюха тебя туда пропишет?
– Ой, да больно надо! У меня своя есть... Пепельницу пододвинь.
– Пусть она около меня постоит. А то вещь хрустальная, тяжелая...
– А куда мне прикажешь пепел сыпать?
– Вон блюдце пустое... и все равно грязное. Оно хоть не такое тяжелое.
– Ты на что вообще намекаешь?
– Я не намекаю, я прямо говорю: ты – продажная девка, дешевка.
– Что?! Да ты.
– Не кипишись! Крысятничаешь? Хочешь подобрать то, что плохо лежит? «У меня своя есть...» Да твоя квартира с моей рядом не стояла. Этот сарай тебе муж как подачку кинул за твои художества. Думаешь, я не видел, как ты у меня дома все разглядывала втихаря? Слюни до пола висели. А один раз ты у меня, пьяного, выспрашивала, кто еще прописан вместе со мной. Скажешь, не было этого?
– Ты про что, Коль? Я прям не пойму...
– Зато я тебя прям понял. Я все про то же, про хату мою. Со мной не вышло, решила Андрюху припахать? Запомни: ничего тебе не обломится.
Николай в сердцах сплюнул.
– Чего расплевался-то? – завизжала Эвелина.
– Ничего, уберешь! Не королева.
Громыхнул стул. Похоже, гость встал.
– А ты, я вижу, не сильно огорчился, что я к Андрюшке ушла? – усмехнулась мадам Раневич.
– Чести много огорчаться из-за такой, как ты! За таких в базарный день по червонцу за кучку дают!
Послышались тяжелые шаги Николая.
– И вот еще что, – прозвучал его голос чуть слышно, очевидно, он уже стоял в дверях, – я знаю, что вы с Андрюхой ищете перстень моей сестры...
– Да ты че, Коль, ваще что ль? Какой перстень?
– Не перебивай. Ищете. Так вот, искать, ищите, а если найдете – принесете мне. Это перстень моей матери. Моей, а не вашей, поняла? Отдадите мне. А если вздумаете в подлянку со мной сыграть – пожалеете.
Еле слышные шаги быстро затихли совсем. Через минуту Николай вышел из подъезда, еще раз плюнул в сердцах и ушел, а в «прослушке» раздался злой голос Эвелины:"
"– Вот гад, а?! Пришел, наплевал! Придурок! Сволочь! Еще грозит здесь... Ненавижу!
Хозяйка квартиры еще какое-то время ругалась, используя местами не совсем пристойные выражения, потом затихла.
