У шефы пунктик по поводу темноты – даже если она работала одна, свет горел везде.
Сначала я заглянула в свой кабинет. И не по привычке, а из-за аллергии шефы на резкие запахи: в ожидании отца Вальпургия я, кажется, насквозь пропиталась запахами благовоний, а дорога до офиса «проветриванию» помогла мало. Постояв с минуту на сквозняке у открытого окна и привычно посмотрев на тяжёлые тучи, я оставила сумку на столе и отправилась в кабинет Виталины Марковны. И уж кого не ожидала встретить на работе в такое время, так это Валю.
Начальница рекламного отдела проплыла, задрав нос и прикрыв глаза, мимо меня и молча притормозила.
– Привет, Валь, – окликнула я. – Можно мне вперёд к шефе? Я быстро.
– У-угу, – в своей обычной манере отозвалась Валя и протяжно зевнула, прикрыв рот ладонью.
Я обошла её и стукнула в дверь.
– Да-да… – рассеянно пригласила Виталина Марковна.
– Добрый вечер, – я смутилась под острым взглядом редакторши. – Я заявление переделать…
– Садись, – она кивнула на столик у окна, наполовину занятый подшивкой. – Сейчас бланк распечатаю.
Защелкала мышка, зашелестел принтер. В ожидании заявления я присела на край стула. Кабинет шефы являл собой типичный склад. Шкафы, забитые книгами и газетными подшивками разной степени древности, рабочий стол с крохотным островком, отведённым под ноутбук, а в остальном заваленный блокнотами, газетами, журналами и распечатанными полосами. Стены, увешанные грамотами и благодарственными письмами. Гудящий кондиционер. Запах… дешёвого цветочного чая.
Я подскочила быстро, но недостаточно. «Виталина Марковна», улыбаясь, уже стояла у двери, перекрывая вход-выход.
– Куда ты, Радость? – «шефа» душевно улыбнулась.
Я испуганно сглотнула. Очень хотелось стартануть, проскользнуть у неё под мышкой… и собой дверь вынести, если получится, лишь бы удрать, но… Ноги приросли к полу. Я замерла как приклеенная, не в силах шевельнуться. Только сердце заходилось от страха да горло сжало спазмом. И не крикнуть…
А в кабинет постучались. Очень вежливо, осторожно и интеллигентно. Я попыталась крикнуть – не то предупредить, не то попросить о помощи, – но издала лишь придушенный сип. А «Виталина Марковна» на стук не прореагировала. Она не сводила с меня глаз – совершенно чёрных и пустых.
– Я дико извиняюсь… – раздалось за дверью, и она с грохотом распахнулась.
«Шефа» с невероятной ловкостью отпрыгнула в сторону, я осталась стоять на месте, а в дверном проёме показалась Валя. Вернее… та, кого я знала как Валю – сонную муху.