Надо же разобраться, что так взбесило деву?
— Августина! Только не ты! Ты не могла стать хранителем трав! Это невозможно! — вопит Сентелла и бьется головой о землю.
— Августина! — теперь мой клюв раскрывается от удивления.
Я вижу четче. Мотаю головой. Ничего не понимаю. Если это Августина, то она ни капли на меня непохожа. Мы абсолютно разные! Как нас кто-то мог перепутать?!
Впервые за свою жизнь я в смятении и растерянности. Августина поставила мне метку… Я многое видывал, полагал меня уже ничем нельзя удивить. Ошибался…
Тем самым она обозначила, что равна мне. Стала на одну ступень со мной… а главное — привязала к себе. Последствия… я их уже чую. А ведь метка будет крепнуть.
Она ушла из сада. А я едва сдерживаю порыв, поднять ее на руки и утащить к себе в покои. Мой огонь не унимается. Если ранее я прислушивался к доводам рассудка, желая заполучить наследника, то теперь меня сжигает жажда по ней… Нестерпимая. Метка пылает. Не на поверхности, под кожей, прожигает душу и сокрушает волю. Впервые я ощущаю слабость, свою уязвимость. И это пугает.
Она заставила меня познать страх. Неведомый для дракона.
Независимость ускользает сквозь пальцы. Все мысли занимает эта девушка, ставшая мне женой. Предавшая меня. Побывавшая в объятиях другого. Ненависть к Миргараду поднимается адской волной. Выжечь его воспоминания об Августине, заставить забыть, что он ее касался…
Только мне этого никогда не забыть. Никогда не простить… И без нее мне уже не выжить. Эти метки на всю жизнь, и когда она станет фениксом, утратит человеческий облик, я буду обречен на одиночество. Если дракон нашел свою пару… согласно сказаниям, он больше не сможет быть с другой.
Или это всего лишь легенды, которые нам внушали предки? Рассказы, каким был наш мир ранее, приправленные доброй порцией выдумок. Ведь легенды, переданные из уст в уста, всегда обрастают доброй долей вымысла.
Надо проверить! Убедиться, что я все же не в капкане.
Тотчас покидаю дворец. Отправляюсь к своей излюбленной искуснице. Ранее не одну ночь я проводил с ней. Еще до Августины, когда мой разум не был затуманен этот странной жаждой, а душа не изнывала от тоски.
Теперь мне кажется, что желая вернуть своему народу эмоции, которых они были лишены, я сам не ведал, чего прошу у небес, за что сражаюсь. Потому что подозреваю, обретя связь, ко мне приходят неизведанные эмоции. Жестокие и беспощадные. И они вовсе не такие, как о них говорят, они пропитаны болью и страданиями.
Но ведь подобная связь была несчастной и для моих предков. Женщина утратила мужа и дитя. Превратившись в статую.