Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Быстро, Вейн!
Она вскочила, торопливо оделась, спрятала под кожух оружие, превращаясь в неприметного мальчишку.
— Откуда знаешь?
— Осведомитель шепнул. Правда, и стражам он может шепнуть про нас. Так что не медли.
Но топот на лестнице раздался раньше, чем они успели выйти.
— Шаарта! — выругался Дир и метнулся к окну. Выкинул мешки и спрыгнул. Перекувыркнулся, встал на ноги и протянул руки: — Прыгай, я поймаю!
Вейн заколебалась. Окна второго этажа были слишком высоко, и страх перед падением заставил ее остановиться.
— Прыгай! — прошипел Дир.
Она залезла на окно, и тут ее схватили чьи-то руки, втащили обратно в комнату.
— Попалась, Кьяра, — усмехнулся страж.
Вейн отчаянно вскрикнула, забилась в его руках, но Темный обладал связующей магией. Он крепко держал ее запястья, не давая добраться до клинков и яда. А потом Перерожденный свистнул, призывая стражей, и Путница дернулась изо всех сил. В памяти вспыхнула картинка, как ей связывают руки там, в мире людей, оттаскивают от окровавленного тела Ксандра…
И Темный вдруг завыл от боли, а Вейн изумленно обернулась и опешила.
— Я уже хотел уходить без тебя, — усмехнулся Дир. — Лошади там.
— Вон они! — заорал страж, высовываясь из окна: — Сюда!
Обожженный ее пламенем Темный все так же выл на одной ноте.
— Что ты с ним сделала? — пришпоривая лошадь, крикнул Охотник.
— Нож всадила, — ответила Вейн и тоже ударила кобылу по бокам. Лошадка недовольно заржала, распахнула крылья и огромным рывком рванула вперед.
Они неслись, как сумасшедшие, весь день, опасаясь преследования. Лишь изредка останавливались и шептали отводящие глаза заклинания, израсходовав почти все силу, что была у них припасена. И почти весь белый песок.
— Придется на какое-то время затаиться, — с сожалением пробормотал Дир, когда они заперлись в комнате наверху. — Переждать. Боюсь, нас будут искать. У того Темного, что мы ополовинили, остался брат.
— Родной? — удивилась Вейн.
— Ага. Вместе за Излом попали, говорят. Мстить будет.
