Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
Вейн молча смотрела, как они приближаются, как удивленно смотрит на нее рыжеволосая красавица, как холодно и оценивающе — Темный.
— У тебя новая эри? — звонко спросила Лантана.
Путница окинула ее быстрым изучающим взглядом. Действительно красавица. Глаза — ярко-синие звезды с красными вкраплениями, маленький носик, нежные губы. Всмотревшись, как учил Мастер, мимо и в то же время в упор, Вейн увидела желтые искры над ее головой, но определить магию Темной не смогла. Отвернулась, перевела взгляд на Ксандра, подняла насмешливо бровь.
— Так и знал, что ты не удержишься. Перстень украла, или Сай сам отдал? Под впечатлением от твоих… способностей? Только он именной, открывает слой лишь для хозяина, а мелких воришек отправляет сюда.
Она промолчала, не сомневаясь, на какие способности он намекает. Лантана смотрела все так же удивлено. Потом вдруг оживилась, подошла ближе.
— Эри! Так много живой силы… — она провела пальцем по щеке Вейн.
Путница стояла неподвижно, хоть и испытывала сильное желание вцепиться рыжей в патлы и пару раз приложить головой об стену.
— Убери от меня своего домашнего питомца, харис. У меня от них чесотка.
— Да как ты… — опешила рыжеволосая и замахнулась, чтобы ударить.
Ксандр перехватил ее руку. Красавица резко обернулась, посмотрела в его глаза, желтые искры вспыхнули золотым светом, засияли…
— Прекрати, — спокойно проговорил Темный, — сейчас это не нужно.
— Вкусная эри… Отдай мне ее, милый? Почему нельзя? — томно прошептала Лантана и прижалась к нему всем телом.
— Чтобы ты сделала ее личем? — усмехнулся мужчина.
— Отдай… — ее золотой свет уже укутывал девушку сплошным потоком, словно речная вода — сирену.
Лицо Ксандра смягчилось, он улыбнулся почти по-человечески ласково, и Вейн почувствовала, как горько и пусто стало внутри. Она вдруг поняла, в чем сила Лантаны: красавица умела создавать в чужом сознании недолговечную иллюзию чувств — нежности, страсти, любви… и Темный смотрел на нее, улыбаясь так, что сердце Путницы разрывалось от боли.
"— Отдашь? — прошептала рыжеволосая, словно Вейн рядом не было. Обвила руками шею Темного, потянулась к губам, поднимаясь на носочки и прижимаясь всем телом. И нетрудно было догадаться, какие чувства она сейчас внушала мужчине.
