Путница шла по тонкому балансу между светлыми комнатами и густым пламенем камина. В Темном мире даже лето затягивалось в оболочку липкого тумана, лишая жизнь радужных красок. Она вздохнула, прячась от Мастера, а стены были заражены пустыми фигурами, словно изваяния без души....
— … Вот помню я, в дни моей молодости было принято не запекать лося, а лишь чуть прожаривать сверху, чтобы внутри сочилась сырая кровь… И каждый должен был отведать кусочек, чтобы год был удачным…
Вейн еще постояла, с трудом удерживая на лице вежливую улыбку и не раз пожалев о том, что подошла. Гастрономические воспоминания старого дера грозили затянуться надолго. От выпитого вина кружилась голова.
— Вейн, ты хорошо себя чувствуешь? Ты побледнела, — забеспокоился Леран, и девушка взглянула на него с благодарностью.
— Простите, воздух слишком сырой… Я, пожалуй, вернусь в замок.
Она кивнула разочарованному старичку и поспешно сбежала, с легким стыдом подумав, что оставила бедного Лерана в одиночестве. Зимний сад встретил Вейн тишиной и теплым воздухом, она прошла между кадками с апельсиновыми деревьями, тронула клетку с маленькими ярко-желтыми птичками. Леран рассказывал, что их привезли с юга, почти из пустыни, и удивительно, что они настолько хорошо прижились в Далькотте. Обычно в зимнем саду всегда можно было встретить садовника, который ухаживал за растениями, но сегодня и он веселился на празднике.
Девушка дошла до розария и заглянула внутрь. Красные цветы горделиво покачивались на тонких стеблях, когда лейна проходила мимо, словно здоровались. Здесь тоже никого не было, и она повернулась, чтобы уйти. И застыла. На дорожке стоял Александр и смотрел на нее. Просто смотрел, но от этого взгляда Вейн стало жарко и щеки отчаянно покраснели.
— Дер Александр, я искала Люси… — неуверенно сказала она.
Он сделал к ней несколько стремительных шагов и замер, глядя в глаза. И смотрел он как-то… жадно. Словно хотел взглядом прикоснуться к ее ресницам, щекам, губам…
— Лейна Вейн, — глухо сказал он, — я уже говорил вам, что вы просто непозволительно красивы?
— Нет… — пролепетала она, не в силах отвести взгляд.
— Так вот, — с какой-то странной злостью повторил он, — вы красивы. Очень. Вы словно ожившая мечта, Вейн. Моя мечта… Что мне с этим делать, вы не знаете?
Он чуть склонил голову, словно действительно ждал от нее ответа.
Смысл сказанного дошел до девушки, и она чуть испуганно прижала ладонь к губам.
— Дер Александр, прекратите, прошу вас… Вы не должны так говорить.
— Не должен, — он вздохнул, все так же глядя на нее, — а еще я не должен так смотреть на вас. Думать. И видеть во сне… каждую ночь…
— Все, я ухожу! — Вейн решительно шагнула вперед. — Пропустите!
Он медленно посторонился, и девушка придержала юбку, чтобы пройти.
