Хотя обычно к красивым людям я относилась более настороженно.
«Как же это сложно!» — попытки разобраться в ситуации сводили с ума.
— А-а! — проскочив вперёд, я ударила Лисара под дых.
Он увернулся, кулак скользнул по его крепкому торсу, в ответ уже летела рука, но я поднырнула под неё и попыталась пробить локтем ему в живот. Получилось. Лисар резко выдохнул, сгибаясь. Его судорожный выдох немного отрезвил меня, и я позволила ему разорвать дистанцию.
Потирая ушибленное место, Лисар смотрел на меня как-то обиженно:
— Устала думать о твоих мотивах!
— А-а, — протянул Лисар и немного покивал. После чего грустно улыбнулся. — Всё просто, Варда: я тебя люблю.
Как бы я ни пыталась уложить такое в своей голове — не получалось. Слишком нелепо.
— Хорошая шутка, — я нервно хмыкнула.
Это было самое странное признание в любви из всех, что я получала.
Лисар передёрнул плечами и поднял подбородок:
— Это не шутка, я… Давно в тебя влюблён, ещё с прошлой жизни.
Вдруг захотелось закрыть лицо руками и выругаться, но после некоторой паузы я спросила:
— В прошлой жизни мы не общались, ты ведь понимаешь, как странно это звучит?
— Да, поэтому я не хотел говорить сразу после разоблачения. Но… я понимаю, что сейчас не вызываю у тебя доверия, и ты можешь снова сбежать. Поэтому, мне кажется, лучше объясниться. Варда, я не хочу втягивать тебя в войну с захватчиками, это просто вопрос нашей безопасности. Я не строю против тебя заговоров и не пытаюсь причинить вред, потому что я тебя люблю.
Если отбросить нелепость ситуации, то в сочетании с этим прекрасным лицом и сильным пропорциональным телом, а также развитой магией и статусом, это признание в любви любую девушку должно просто сшибать с ног.
За пределами отдельной комнаты ресторана шумно праздновали помолвку, но даже с такой загруженностью наш заказ принесли быстро. Лисар со сложенными на груди руками сидел напротив и просто смотрел на меня. В сиянии свечей он выглядел загадочно и ещё более прекрасно…
Откупорив принесённую бутылку, я вдохнула резкий аромат настойки и наполнила кружку почти до края. После чего попыталась выпить залпом. Горло обожгло, в желудок словно рухнул раскалённый камень, и меня хватило только на половину кружки. Бахнув её обратно на стол я зажмурилась и перевела дыхание, остро ощущая на ресницах проступившие слёзы.
Жар расползался от желудка дальше и волной ударил мозг, вынося все мысли.
Отдышавшись, моргнула несколько раз и уставилась на Лисара.
— Можешь говорить, — разрешила я.
После его признания я запретила ему объясняться до того, как я выпью. Лисар ничего не говорил, пока мы собирались и топали сюда по размытой улице, но теперь, судя по напряжённой позе и выражению лица, общаться не хотел.