Несколько раз переведя взгляд с меня на кружку и обратно, Лисар осторожно взял её в руки и понюхал. Зажмурившись, он с крайне серьёзным видом попытался повторить мой подвиг и осушить содержимое махом, но после трёх глотков закашлялся, расплёскивая по столу жгучую жидкость. Его лицо покраснело до ушей, а из глаз хлынули слёзы. Расхохотавшись, я запрокинула голову и с минуту сотрясалась от смеха, пока Лисар тяжело дышал и утирал слёзы.
— Варда, как ты пьёшь эту дрянь? — он стал обмахиваться ладонью, пытаясь изгнать с лица красноту.
— О, милый храмовый мальчик, как тебе на вкус взрослая жизнь?.. — поймав его сердитый взгляд, я помахала рукой. — Ладно, а теперь рассказывай, как тебя угораздило в меня влюбиться.
Глава 20. Сложности объяснений
Вопрос Варды был ожидаем, но формулировка… Лисар чувствовал себя, словно мальчишка при допросе перед строгим наставником. Он давно отвык от этого чувства. Даже в ордене огненного щита, когда он, будучи в совсем молодом теле и без привычных сил, общался с великим магистром, он чувствовал себя старше и значимее его. Даже когда Лисар для дела маскировался кем-нибудь незначительным, он внутренне ощущал себя взрослым состоявшимся мужчиной, но с Вардой…
С ней всё было иначе.
Он мысленно проговорил ответ и нервно хмыкнул: на её месте он не поверил бы ни единому своему слову. Даже для него его собственный опыт, выраженный словами, казался неправдоподобным.
С трудом разомкнув сложенные на груди руки, он опустил ладони на стол и уставился на кружку. В горле ещё слегка жгло, а все внутренности содрогались от мощного удара наливки, но Лисар ощутил острую потребность затуманить свой разум.
Если Варда ему не поверит — он поймёт это и попытается доказать свои чувства. Если Варда решит не заводить отношения с тем, кто её убил, он тоже поймёт и попробует изменить её мнение. В общем-то, он был готов смириться с любой реакцией, кроме смеха.
Это было немного нелепо после всех его жертв, но сейчас Лисар остро понял: если Варда засмеётся над его объяснением, ему будет так больно, что это оставит неизгладимую печать на его сердце.
Поэтому Лисар старательно подбирал слова, чтобы его объяснение казалось достаточно разумным, чтобы Варда выслушала его без насмешек. Вот только алкогольный туман в голове, которого он жаждал для притупления чувств, плохо сказывался на мыслительном процессе, и все его заготовки по признаниям внезапно испарились из памяти.
Взгляд Варды становился всё более пристальным, она подалась вперёд, вглядываясь в его лицо со свирепой подозрительностью.
Собрав волю в кулак, Лисар составил речь, но когда заговорил… его язык почти сразу вышел из-под контроля:
— Я… я хотел отомстить. Но когда начал изучать твою жизнь, я понял, какая ты невероятная, потрясающая женщина.