Переговоры огненного щита с королём явно шли не по самому лучшему пути, и этот бал, устроенный якобы для улучшения настроения для переговоров, больше походил на ловушку.
Слуга, заметив сидящую в карете Варду, шагнул вперёд, чтобы подать ей руку, но Арман мотнул головой, и тот послушно отступил. Армана одолели некоторые сомнения: он был уверен в своей силе, и орден огненного щита выгоднее было сохранить, так что в случае нападения он встанет на их сторону, но в то же время он не мог гарантировать, что Варда послушно останется под его прикрытием.
И, самое главное, Арман не хотел отдавать королю одержимую принцессу, потому что этот любящий папаша точно попытается с ней общаться.
«Вот ведь морока!» — Арман потёр лоб. Если бы чужеродная душа удачно переселилась и взяла полный контроль над телом принцессы — было бы терпимо. Если бы душа синхронизировалась полностью неудачно, превратив принцессу в тупое животное — тоже было бы нормально. Но получился редкий случай частичной синхронизации: порой наступало просветление, но неполное овладение телом влияло на душу и память, поэтому нельзя гарантировать её благоразумия в этой фазе.
Эта проклятая тварь могла выболтать все тайны, причём в любой момент и совершенно непроизвольно!
— Так мы идём или нет? — раздалось из кареты.
Голос Лилиан был немного выше, чем у Варды, но эта разница сглаживалась схожими жёсткими интонациями. Арман развернулся: она сидела внутри вся такая прекрасная… В полумраке кареты зелёный шёлк мягко мерцал, сверкали бриллианты и изумруды в заколках, серьгах и роскошном ожерелье. Глубокое декольте «чтобы отвлекало окружающих от мыслей обо всём остальном» притягивало взгляд и, откровенно говоря, от его вида перехватывало дыхание.
Варда смотрела с хитринкой. Ей был неинтересен просто бал, но когда Арман пообещал возможность поиздеваться над противниками и обозначил вероятность драки, она согласилась поехать. В ней кипела жажда авантюр.
Просто удивительно, что Варда после всех жизненных перипетий сохранила эту черту характера. Она была генералом, как и Лисар, а её жизнь была невыносимо тяжёлой, но Варда сохранила эту кипучую энергию, способность наслаждаться каждым мгновением, никогда не опускать руки, не бояться — очень заразительный кураж, которого Арман-Лисар никогда не испытывал. Она знала, что во дворце может поджидать опасность, но в её широко распахнутых глазах помимо острой наблюдательности было и ожидание веселья.
У Армана задрожали кончики пальцев. Тёплая волна разлилась от сердца по всему телу, переполнила невыразимо прекрасными ощущениями. Только Варда пробуждала в нём такие яркие и глубокие чувства.