В рокочущем вагоне ночного поезда, щекотка в носу превращается в бурную сцену: чиханье и громкие шмыганья. Война между силой воли и неистовым желанием избавиться от навязчивого стукача напоминает легендарную битву за Босворт. Но даже победившего героя ждет недружелюбная улыбка соседки-женщины, доказывающая, что иногда сила больше не решает всего мира....
— Да, инспектор?
— Хейверс, бога ради, что Нис сделал с собакой?
Сержант тоже поглядела на пол, отметила пестрые клочки шерсти.
— Об этом было в рапорте, разве нет?
— Не было! — ответил инспектор, глотая ругательство. Он понимал, что из Ниса придется добывать информацию по кусочкам — так хирург извлекает из задницы хулигана одну дробину за другой. Черт бы все это побрал! — Пойдем осмотрим дом, — угрюмо предложил он.
Они вошли, как входили в дом члены семьи, через узенький коридор-прихожую, мимо висевших на стене старых пальто и плащей, мимо грубых ботинок, приткнувшихся под тянувшейся вдоль стены скамейкой с сиденьем из одной длинной доски.
Из прихожей они сразу же попали в кухню, большое помещение с красным линолеумом на полу и шкафчиками из темного дерева. Ослепительно белый кухонный комбайн выглядел так, словно его только что начисто отмыли.
— Еще бы Гибсону не мечтать об этой ферме, — пробормотал Линли, осматриваясь. — Это вам не Сент-Чэд-лейн.
— Вы ему верите, сэр? — переспросила Барбара.
Линли заглянул в кухонный шкаф.
— Верю ли я, что он был в постели с женой в тот момент, когда Тейса убили? Учитывая характер их супружеских отношений, это более чем вероятно. А вы как считаете?
— Может, и так, сэр.
Он обернулся:
— Однако вы в это не верите?
— Дело в том… у нее был такой вид, будто она лжет. И к тому же она за что-то сердилась на него или на нас, не пойму.
Линли задумался. Мэдлин Гибсон и впрямь говорила с полицейскими угрюмо, выплевывая слова, не оглядываясь на мужа и не ожидая от него поддержки.
— Да, что-то тут не так, это верно. Пойдем теперь дальше."
"Тяжелая дверь отворялась в столовую. Чистая кремового цвета скатерть накрывала стол красного дерева. Желтые розы в высокой вазе давно увяли, их лепестки бессильно осыпались на скатерть.
