Он положил руку мне на грудь и стал гладить. Затем развязал купальник и залез внутрь.
— Конечно, нельзя. Так нечестно, я получил удовольствие, а ты нет.
— Я все равно с тобой никакого удовольствия не получу!
— Потому что я с незнакомыми людьми, тем более с такими неприятными, как ты, удовольствие получать не умею.
— Ты хочешь сказать, я тебе неприятен?
— Конечно, неприятен.
— Потому что я тебя не знаю и знать не хочу.
Зэк перестал меня гладить и ударил прямо в грудь. Я взвыла от боли и с трудом сдержала слезы.
— Ты со мной так не разговаривай. Тебе придется меня узнать. Запомни, мне терять нечего. Все, что мог, я уже потерял. Я вас, сук, жуть как ненавижу! Вы все твари продажные! Моя женщина вышла замуж меньше чем через два месяца, как я сел, а обещала ждать и писать письма. Только как посадили, ни одного не написала, наверное, за конвертами было лень сходить.
— Это твои проблемы. Я здесь ни при чем. Я тебя ждать не обещала, замуж ни за кого не выходила. Я тебе вообще ничего не сделала.
— А ты бы смогла ждать?
— Я не буду отвечать на этот вопрос.
— Потому что врать не умею, а правду не скажу — ударишь.
— Ладно, больше не ударю.
— Я ждать не умею. Ждать и стоять в очередях. Это настоящая каторга. Единственный человек, которого бы я смогла ждать сколько угодно, это мой брат.
Я закрыла глаза и попыталась уснуть, но зэк вновь тяжело задышал и стал гладить мою грудь. Потом опустил руку ниже и задышал еще чаще. От него разило перегаром и потом. Я стиснула зубы. Через пару минут он стянул с меня трусики и навалился на меня. Он был нежен и даже слегка возбудил меня. Не знаю, сколько времени это длилось, но я в конце концов испытала оргазм и провалилась в тяжелый сон.
Ранним утром я проснулась от громкого храпа и вскочила с кровати. Быстро одевшись, я подбежала к зэковским шортам и сунула руку в карман в надежде найти там или ключи от машины или пистолет. Ни того ни другого не было. Не поверив своим глазам, я вывернула карманы, а потом проверила каждый угол комнаты.
— Можешь не искать, я положил ключи и пистолет в надежное место, — произнес зэк, не открывая глаз.
— Ты не спишь? — растерялась я.
— Ты видишь с закрытыми глазами?
— Тюремная привычка. Спишь и смотришь, чтобы тебя ночью никто по голове не огрел. Ты хотела сбежать?
Я промолчала и подошла к окну.
— Ты хотела сбежать после всего, что у нас с тобой было сегодня ночью?
— Это было не по обоюдному желанию.
— Я бы не сказал. Ты полночи подо мной стонала как сумасшедшая.