Альда страдала из-за брошенной семьи и обиды соседки, но истинную причину своих горьких слез — выявила лишь тайна, касающаяся замужества её младшей сестры. Венец безбрачия стирает границы любых предрассудков и оставляет за собой непреодолимое чувство вины и одиночества....
Похоже, «Венец безбрачия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Когда въехали на землю графства, то почему-то путь продолжили не по достаточно широкой и хорошо вытоптанной дороге, а свернув на узкую тропу, ведущую к посёлкам. Тропа была узкая и бугристая, карету нещадно трясло, и к вечеру я чувствовала себя уставшей и разбитой.
Ночевать остались в небольшой деревне на берегу речки. Сама по себе река была достаточно серьёзной, и завтра нам предстояло ехать до какого-то моста, чтобы двигаться дальше. Зато на ужин я получила совершенно фантастическую на вкус запечённую на углях рыбу.
Жгли два костра, варили надоевшую кашу, запекали рыбу. Сейчас, в начале лета, комарья ещё не было, и потому ночевать я решила на улице. Вынесла из кареты несколько подушек, выпросила у Леона кусок толстой брезентовой ткани и устроила себе достаточно удобное лежбище.
Поужинав, муж пришёл туда, к моему месту для сна, и, почти извиняясь, пояснил:
– Я пока посижу здесь с тобой.
Я пожала плечами, а потом сообразила, что в темноте он не видит мой жест.
– Нет.
– Вот и хорошо. Пусть они думают…
Сперва я не поняла, о чем говорит Леон, а потом догадалась: он хотел, чтобы солдаты сочли его отсутствие этаким «супружеским визитом». Пожалуй, это было правильное действие: все солдаты, которые охраняли нас, взяты или из моего баронства, или от дядюшки Бруно.
– Сперва, Софи, нам нужно проехать ещё почти двое суток до города, где стоит замок. Но мы проедем только полтора дня и там разобьём лагерь. Генрих возьмёт несколько человек и отправится на разведку, и вот уже в зависимости от того, что он узнает, мы и будем решать, что делать дальше.
Глава 34
Следующий большой привал предполагался надолго. Реки здесь не было, зато голубело небольшое и очень тёплое озеро, обильно поросшее по берегу полосой камыша и рогоза. Лагерь обустраивали чуть в стороне от кареты, из которой выпрягли лошадей. Солдаты радовались как дети возможности искупаться и постирать одежду. Я слышала довольные голоса и хохот, шумные всплески воды и резкую команду Леона, потребовавшего вести себя тише.
