Альда страдала из-за брошенной семьи и обиды соседки, но истинную причину своих горьких слез — выявила лишь тайна, касающаяся замужества её младшей сестры. Венец безбрачия стирает границы любых предрассудков и оставляет за собой непреодолимое чувство вины и одиночества....
Похоже, «Венец безбрачия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ить рубаху его стирали – чисто, как со свиньи, колотой натекло! Прачки сказывают, что её и отбелить-то вовсе невозможно. А полотно на рубахе не простое – а с шёлком! Этакой доброй ткани даже госпожа баронесса не нашивала! Ить выходит, что гости-то ваши не нищеброды какие, а очень даже при богатствах. Одёжка у них добрая. А вы бы, госпожа Софи, в окно-то не глазели, а шли бы тудой, к болящим… Сестрица-то ваша с самого утра тамочки старается, ить глядишь – чего и высидит себе!
- Отстань, Матильда. Не собираюсь я там ничего высиживать, – я немножко разозлилась на назойливость служанки, но она, не слушая меня, продолжила:
- Ить вот не хотите старую Матильду послухать, а зазря! Матушка-то ваша по утру письмо отправила с солдатами.
Я внутренне улыбнулась, понимая, что Матильда ждёт расспросов, но вновь сделала скучающее лицо и отвернулась к окну, пробормотав:
- Посла и послала… мне-то какая разница?
Я сидела, разглядывая как по двору бродят слуги и слушая возмущённое пыхтение Матильды за спиной.
- Ить письмо-то не простое, а важное!
Я молчала, не поворачиваясь. Во мне играл какой-то детский азарт и я хотела дождаться, пока она сама вывалит мне сведения. Дождалась, только вот новость оказалась достаточно пугающей.
– Ить, птичка вы моя бедная… Боюсь, что горничные не зазря языки чешут.
От слова «монастырь» я вздрогнула и повернулась к служанке, на её лице не было торжества, а только жалость:
- Тётки-то наши кумекали-кумекали, а ить все одно думают… – Матильда даже поджала губы, отводя взгляд.
Пожалуй, даже я догадалась, о чем думают служанки.
- Матильда, а разве могут меня насильно сделать монахиней?
- Да ить, ежли бы в монахини – обо бы ещё и ничего! А только ежли супротивничать будете – отдадут в послушницы, а в монахини-то и не примут! Оно ведь этак то ещё хужее, всё одно как в служанках."
"Я одновременно ощущала и растерянность, и страх.
