Автор
Свету вынуждают бежать на Венеру, спасаясь от долгов родителей. На планете, где женщин в дефиците, действует необычный закон: признание венерианского мужчины делает женщину неприкосновенной. Героине предстоит найти защиту в этом враждебном мире и раскрыть секреты местного общества.
- У вас повысилось давление, сейчас я это исправлю, - врач обошёл кресло со спины и положил пальцы мне на виски. – Выдался трудный день?
- Безумно, - вздохнула я и прикрыла глаза.
Прикосновения обоих мужчин были деликатными, почти невесомыми. В комнате запахло луговыми травами и мёдом, я поморщилась. В детстве ходила на экскурсию с родителями в музей природы, и там меня укусила пчела. Теперь не люблю всё, что с ними связано. Аромат тут же поменялся, теперь пахло морем, помесинами и грозой.
Массаж головы плавно перешёл на шею и плечи. Тяжесть из головы пропала, нестерпимо захотелось спать.
- А почему вы просто не дадите мне таблетку? – поинтересовалась я и… зевнула.
- Каждая женщина потенциальная мать, и мы стараемся не тревожить её организм излишним и зачастую грубым вмешательством, чтобы ничего не нарушить. Как вы себя чувствуете?
Я прислушалась к себе. Было легко, спокойно, но кого-то не хватало. Иолара. Врач проводил меня к мужу и что-то тихо сказал ему, пока помощник успешно отвлекал меня расспросами о жизни на Земле. Медработники ушли, не прощаясь, Иолар вызвал ИТС и взял меня за руку. Ну что за привычка!
Дома Иолар сделал стены почти непрозрачными и, не слушая возражений, помог мне раздеться. От его прикосновений по телу пробегала дрожь, и, хотя я понимала, что он просто помогает мне избавиться от местного модного безобразия, тело охотно откликалось и вздрагивало в такт отсветам молний.
Иолар поцеловал шею, огладил плечи и грудь. Его желание упиралось мне в бедро, и, несмотря на усталость, я была готова к продолжению. Иолар откинул одеяло, бережно опусти меня на кровать и приник к губам быстрым, жадным поцелуем.
- Спасибо за фотосессию, родная, - шепнул он.
А потом этот несносный мужчина укрыл меня одеялом, пожелал спокойной ночи и ушёл в свой кабинет!
Я возмущённо бурчала, ворочалась, немножко дулась. Раззадорил и бросил! Зачем было так целовать, если собирался уйти к себе? И вообще, он даже не спросил, как всё прошло. И я не рассказала про блестящий в прямом смысле наряд его брата. И о проклятии богини, которое на самом деле побочный результат эксперимента.
На этом мысли стали вялыми, затемнённые стёкла почти не пропускали вспышек, но и не создавали непроглядной темноты, лишь уютные густые тени.
Сквозь сон почувствовала, как Иолар лёг рядом. Хотела отодвинуться, я же обиделась! Но он так уютно пах морским гелем для душа, и так приятно обнимал, что я немножко поворочалась, устроилась у него на плече и даже ногу закинула.
