Верни меня к жизни, волк — это дьявольская атмосфера и горячий сюжет о перевоплощении. В одной взрывной секунде герой теряет контроль над собой, растворяясь в страшном желании. Открывшись безбашенной мечты наслаждения, она погружается в безудержное стремление, лишая себя устоев и уважения к себе....
— Как ты можешь быть уверена, что твоя любовь настоящая? — отстранился Криставиан, в его глазах и приподнятых уголках губ заиграло веселье.
Такое шутливое настроение парня мне нравилось. Довольно трагедий.
— Ну, я же все-таки человек, — усмехнулась я, перенимая шуточную эстафету. — На меня ваши волчьи премудрости не действуют."
"Користав скептически задрал бровь, но губы продолжали улыбаться.
— У нас же все по-другому, — напомнила я, хихикнув. — Я любила тебя еще до аварии. Мозг забыл, но сердце помнит. Сойдет?
— Сойдет, — усмехнулся парень и потянулся к моим губам, чтобы скрепить наш вновь заключенный союз ласковым и горячим поцелуем.
Но остались еще вопросы, которые вступали в спор с моим убеждением. Нужно было что-то предпринять, если я меняю решение.
— Я подумала… — размышляла я, задумчиво следя за отблесками света на стенах.
Фильм давно кончился, но про нас будто забыли. До следующего сеанса было примерно полчаса, в зале мы остались совершенно одни, и это было прекрасно. Я не стремилась вернуться в реальность.
— Да? — поторопил Крис, убирая волосы мне за спину, чтобы они не прятали от него мое лицо.
Имея цель, я готова была идти к ней, невзирая на средства ее достижения.
— Я все еще инвалид, наша любовь этого не изменит. И моего отношения к этому — тоже.
Я думала, может, Крис обнадежит меня прямо как Халле, мол, в истинной паре возможны всякие чудеса. Но, то ли Кристав не слышал о случаях исцеления, то ли полукровки были лишены привилегии полноценных, он смолчал.
Парень прикрыл глаза, подбирая ответ. Плечи непроизвольно напряглись.
— Я смирился с судьбой, Флоранс, и тебе придется, — голос пропитался твердой решимостью. — Я совершил много ошибок, но больше их не допущу. Моя любовь достаточно сильна, чтобы помочь тебе справиться с любым выбором. Я буду рядом, куда бы ты ни шла. Я с тобой. Навсегда.
— Значит, ты в любом случае никуда не уйдешь? — пробормотала я, осознавая величину трагедии, случившейся с нами. — Даже если я попрошу?
Его побег и позднее раскаяние, моя авария и наша всепоглощающая любовь, воскресающая, будто Феникс, вот уже в третий раз.
Вспыхнувшее притяжение было неизбежным и несокрушимым. Как бы мы ни старались, не сможем оставаться друг от друга вдалеке.
И только нам решать, бороться или поддаться чувствам. Сдаться и страдать или принять дар с достоинством и драться за счастье.
