Верни меня к жизни, волк — это дьявольская атмосфера и горячий сюжет о перевоплощении. В одной взрывной секунде герой теряет контроль над собой, растворяясь в страшном желании. Открывшись безбашенной мечты наслаждения, она погружается в безудержное стремление, лишая себя устоев и уважения к себе....
Запястья мои вдруг оказались освобождены, и вместо того, чтобы царапать врага когтями, я обхватила его всеми четырьмя конечностями и прижала к себе изо всех своих нечеловеческих сил.
Кажется, мы катались по клетке словно комок дерущихся котов, бешено ударяясь о прутья. Боли я не чувствовала.
Только вкус крови. Соленой, могучей, волшебной крови альфы, меняющей оттенки, будто слоеный коктейль.
В какой-то момент, когда из меня почти вышибло дух, я вдруг ощутила силу, вливающуюся будто извне. Чем больше слабел Белтран, тем свирепее становилась я.
Обидно, наверное, умирать от укуса слабой и беспомощной женщины, которую и врагом-то не считал? Так, просто забавой.
Я потеряла счет времени. Во мне намертво засела лишь одна мысль: душить Белтрана.
Я продолжала делать это, даже когда враг затих и больше не проявлял никакой агрессии. Я попросту не могла остановиться. Остальной мир больше не существовал.
— Флоранс! Сквозь безумие я услышала голос, но не узнала его.
— Фло… все кончилось, Фло…"
"Словно мой разум был заточен в огненной клетке: я видела пламя вокруг, была объята им, мыслила с невероятным трудом. Но потихоньку возвращалась. — Флоранс?.. — шокированный Криставиан смотрел, замерев, расширившимися глазами то на меня… то на то, что я держала.
Вместе с сознанием ко мне вернулась паника. Я стиснула зубы еще сильнее, стремясь защитить любимого.
В ответ на мое свирепое рычание он погладил меня по голове.
— Тш-ш-ш, тш-ш-ш, — приговаривал парень, пытаясь достучаться. — Все кончено. Отпусти.
Белтран не шевелился. Он стал безвольной тушей.
Но он ведь наверняка притворялся.
В поле моего зрения возникли Тэмиан с Джарси, оттаскивая от меня нашего общего врага.
Они мужчины, их трое, без меня разберутся. И я, наконец, разжала сведенные болью зубы.
— Трудно дышать, — сипло выкрикнула, и глаза Криса расширились еще сильнее, потому что из моей пасти вырвалось лишь безумное рычание. — Мне надо выйти на воздух! И я помчалась как можно скорей — в противоположную от тесной клетки сторону. Подальше от ужасного места, где только что чуть не погибла.
Мимо любимого жениха, все еще застывшего от потрясения. Мимо братьев и сестер, посторонившихся, чтобы пропустить дикого зверя.
