Оборотень, приговоренный к смерти, встречает женщину, потерявшую память в аварии. Их притяжение запретно и опасно, но непреодолимо. Среди враждебного мира они ищут спасение друг в друге, рискуя всем ради любви, которая может вернуть им обоим утраченное.
Планов на будущее появилось немало! Многие здоровые люди живут без любви и семьи, но не чувствуют себя в чем-то обделенными, и я собиралась так же к этому относиться.
Дружба с Халле была такой светлой и приятной, раскрасила ярко все наши совместные дни. И дернул же его черт за язык все испортить! Очень, очень жаль…
Эрлинг подавлено молчал, и я тоже, мечтая об одном — поскорее вернуться домой и забыть этот тяжелый разговор. О том, что Халле продолжит водить со мной дружбу, даже не думала. Кто бы простил за такие резкие слова?
Но я недооценила парня.
— Ладно, значит, подожду еще, — вдруг заявил он. Почти спокойно по сравнению с предыдущим тоном. — Так просто ты от меня не отделаешься. Я не сдамся, Фло.
— Ничего не изменится, — поклялась я, досадуя на чувство облегчения, неуместно вспыхнувшее в груди оттого, что наша дружба, так или иначе, продолжится.
Как ни крути, а Халле был одним из двоих людей, кто навестил меня после аварии и стал частью моей новой жизни. Терять его я вовсе не хотела.
— Это мы еще посмотрим, — принял вызов Халле, и я мысленно поблагодарила его упрямство, потому что не останусь вновь наедине с собой.
Напряжение спало. Хоть я и избегала этого разговора несколько недель, было здорово расставить, наконец, точки над «и».
Друг обозначил свои намерения, я призналась, что ему ничего не светит. Надеяться на большее или нет — выбор Халле, не мой. Я больше не чувствовала себя виноватой, если это причинит ему боль.
Глава 20. Как его зовут, Линет?
Я знала: если надавлю на Линет, она выдаст мне все. Она была первой, кто осмелился сказать правду, в отличие от остальных.
Не только Шарлетт и Халле, другие люди — одноклассники, учителя и просто соседи — тоже хранили секреты. Каждый раз, вглядываясь в чье-либо лицо, я гадала, насколько хорошо человек меня знает.
Иногда мне кивали, здоровались и помогали, но я не могла вспомнить лиц и имен. Были ли они моими друзьями, врагами, знакомыми? Что связывало нас в прошлом?
— Линет, а как выглядит твой брат? — Мне надоело самой ломать голову, и я решила действовать прямолинейно. — Может, есть фотография?
Линет, по крайней мере, не впадала в бешенство, когда я задавала вопросы.
Девушка с аккуратно уложенным на сторону каре уставилась на меня почти испуганно, но моментально взяла себя в руки.
— Который из них? У меня их двое. И вообще, с чего тебя это вдруг заинтересовало?
— Ты приехала одна? — взяла я на вооружение привычку своих скрытных друзей уклоняться от ответов.
