На железнодорожном полотне мир тишины резко нарушается шумом и возню детей. Ждать прихода поезда Кирилл не может — укачивание не помогает. Внизу слышится плач ребенка, который уже давно не спит. Странная нянька Люба, кажется, самой бессонницей и не знает, как справиться с ситуацией....
— Да! Бросаю бедного, беспомощного братика на целых три недели!
— Как он, бедный, без просмотра? — Юлия Юрьевна вдруг подскочила, закружила Нику по классу. — Хочешь, я тебе сарафан сошью?
— Хочу!
— И шляпу мою соломенную возьмешь, все равно без дела валяется!
— Спасибо! Уж я-то ей дело найду!
Накружившись и насмеявшись досыта, они остановились прямо напротив витрины с куклами. На Нику снисходительно взирала цыганка: жгуче-черные брови, глаза, как черный жемчуг, и вызывающе яркое платье.
— Это ведь вы мне посоветовали делать именно цыганку, — припомнила Ника. — Я хотела танцовщицу.
— Ты что, жалеешь? — удивилась женщина.
Ника покачала головой.
— Она такая красивая. И гордая.
— Совсем как ты.
Ника не замахала на Юлю руками, не бросилась возражать, а только едва заметно улыбнулась.
— Даже не верится, что это — моя работа.
— Твоя, а чья же!
— Вы помогали.
— Ника! Мы же договорились: когда мы с тобой одни, называй меня Юлей и на ты.
— Нетушки. — Ника хитро сощурилась.
— Почему? Неужели я так старо выгляжу?
Ника рассмеялась в ответ.
— Конечно, нет! Просто.., вот когда вы со Славиком поженитесь, тогда и буду называть на ты…
— Вот как ты заговорила!
Юлия Юрьевна погрозила ей пальцем, но Ника знала, что вовсе она не сердится, что Ника затронула тему их со Славиком отношений. Наоборот, ей приятно об этом говорить.
— Славику нужно учиться… — слабо возразила она, словно ожидая, чтобы ее оспорили.
— Учиться! — воскликнула Ника. — Учиться можно и на вечернем! И заочно.
— Да, конечно, ты права, — согласилась Юлия Юрьевна. — Но на дневном лучше.
— Это когда один — лучше, — рассудила Ника. — А когда с семьей, то не лучше. Вон Толик Наумов женился и перевелся на вечернее.
— Ты-то откуда знаешь?
— Мама с папой говорили, — ляпнула Ника и слишком явно смешалась.
Юлия Юрьевна пристально взглянула на нее.
— А-а…"
"После Никиного упоминания о родителях Юля свернула разговор и сделала вид, что ищет сантиметр, чтобы обмерить Нику. Но Ника отлично понимала — она сказала лишнее И кто ее за язык тянул? Юля не такая глупая, чтобы думать, будто родители придут в восторг от выбора Славика. Хотя Ника так полюбила Юлю, что и представить для Славика лучшей жены не могла.
