На железнодорожном полотне мир тишины резко нарушается шумом и возню детей. Ждать прихода поезда Кирилл не может — укачивание не помогает. Внизу слышится плач ребенка, который уже давно не спит. Странная нянька Люба, кажется, самой бессонницей и не знает, как справиться с ситуацией....
Ей было неловко в этой уютной квартире с куклами и Юлией Юрьевной, которая, как оказалось, все про нее знала.
— Молодец. — Юлия Юрьевна подошла и положила фартук ей на колени. — А почему у тебя колготки зашиты красными нитками?
Ника опустила глаза на пальцы ног и поспешно спрятала ноги под кресло.
— Коричневых не было.
— Думаю, дело не в этом. — Женщина опустилась в кресло напротив Ники. — Если бы ты зашивала для Славика или для мамы, или для папы, то, наверное, нашла бы нужные нитки. В крайнем случае одолжила бы у соседки.
Ника пожала плечами. Она не понимала, куда клонит женщина.
— Просто ты почему-то не любишь себя. Всех любишь, а себя — нет. Это не правильно. Себя нужно любить, Ника. Тогда и другие будут тебя любить.
— За что же мне себя любить? — удивилась Ника. — Я обыкновенная.
— Как за что? — поразилась собеседница. — Разве в тебе нет достоинств? Ты лучше меня знаешь, что есть! В свои четырнадцать лет ты держишь на себе весь дом! Ты готовишь, стираешь, гладишь на всю семью, ты хорошо учишься при этом.
— Откуда вы все знаете?
Юлия Юрьевна улыбнулась:
— Мне интересно все, что касается твоего брата. Я знаю, что ваша мама ослепла, когда работала в лаборатории на «Пластике». Что твой папа шахтер. И что по ночам у тебя бывают кошмары…
Ника покраснела.
— А вы говорите, что я должна себя любить. Любят не за это. Вон Славик не умеет готовить, он не стирает и даже на дачу не любит ходить. А его все любят — Все?
— Ну да. И родители, и соседи, и тетя Тамара с тетей Розой — мамины подруги.
Юлия Юрьевна слушала про Славика с улыбкой, а на последней фразе опустила глаза, не гася улыбку.
— Да, это так. Но разве все твои родственники не любят тебя? Не может быть такого!
Ника снова пожала плечами""
— Не знаю. Может быть, только папа.
— Нет, это не дело. Я уверена, что ты ошибаешься.
— Скажете тоже — красивая! — недоверчиво усмехнулась Ника. — Вот вы действительно красивая.
— Боже ты мой! — воскликнула женщина и схватила Нику за руку. Потащила ее к комоду, над которым висело закругленное, продолговатое, как дыня, зеркало. — Давай смотреть вместе.
Ника настороженно взглянула в зеркало.
